— Как зачем? Кать, я же тебе СМС-ку написал минут сорок назад, что денег надо занять позарез…

Я шумно выдыхаю.

«Занять денег» — единственная причина для брата, чтобы навестить сестру.

И мне хочется уже начать возмущаться, забрать сумку и уйти, но я сдерживаю себя. Хватило один раз поддаться эмоциям.

— Для чего? — задаю ему вопрос, пытаясь вспомнить, с кем он там жил месяц назад.

Квартирка у Кости, конечно, не в центре города и не с евроремонтом, но жить там можно: одна комната, но он может немного на кухне перебиться на надувном матрасике. Мне хотя бы на пару дней где-то остановиться, чтобы найти нормальное и недорогое жильё, а не снимать первое попавшееся. К тому же я сегодня просто не в состоянии куда-то ехать.

— Я же написал — зарплату задерживают, а сегодня туса будет, туда отменная тёлочка придёт. Вот и хочу впечатление произвести — тачку покруче в аренду взять, а то разве же она купится на это ржавое корыто.

— А ты сейчас с кем живёшь? — спрашиваю я, игнорируя его объяснения, которые услышала краем уха.

— Один! С кем я могу жить? С Аллкой расстались быстро, не могу я терпеть чьё-то присутствие у себя.

Вообще, Косте крупно повезло. Бабушка, мать его отца, переписала на него квартиру, а сама уехала жить в какое-то дремучее село. Мне таких подарков сделать было некому. Я своего отца даже не знала, а мама сама жила в крохотной однёшке, потому что двушку продала, чтобы оплатить нам с братом учёбу.

— Кость, а можно я у тебя осяду на пару дней? Я с Русланом рассталась, — говорю я, а сама чувствую, как режет сердце без ножа.

Рассталась по своей глупости. Нет. Это даже глупостью не назовёшь! Это верх идиотизма. Я гляжу на брата, которого моя просьба заставляет задуматься.

— Тебе кровати для сестры жалко? — пытаюсь подтолкнуть его дать мне ответ.

— А денег займёшь? — вопросом на вопрос отвечает он, но потом тут же поправляется. — Да не вопрос, Кать! Могла и не спрашивать! Поехали, по пути расскажешь!

Вот только рассказывать я ничего не хочу… Мне стыдно за то, что я так поступила со своим мужчиной. Если кто-то хвалится изменами, как достижением, я так не могу.

— Ну давай рассказывай, что у вас стряслось с Русланом? — говорит Костя, когда мы входим в квартиру.

Он ставит мою сумку на пол у пуфика и снимает обувь. На удивление он соблюдал молчание всю дорогу, и я надеялась, что не станет задавать столь каверзные вопросы.

Я прислоняюсь спиной к стене и выдыхаю воздух, который скопился в лёгких. По венам всё ещё растекается адреналин, и мне страшно представить, что будет, когда «отпустит».

— Если он изменил, я ему расшибу морду! — цедит сквозь зубы Костя.

— Нет! Не изменил! — отвечаю я и гляжу в одну точку.

— Погоди! А почему тогда расстались? Ну не ты же ему изменила. Правда?

Брат тоже думает, что я никогда не смогу изменить. Мой образ правильной жены совсем не вяжется с изменщицей, способной воткнуть нож в спину. Сердце сжимается, а потом несколько раз с силой ударяется о рёбра, заставляя меня испытать очередную вспышку душевной боли.

— Я ему изменила… И давай закроем тему, хорошо? Я просто хочу немного посидеть в тишине и подумать обо всём.

Я смотрю на Костю и замечаю, как его глаза широко раскрываются. Да… Я тоже от себя ничего подобного не ожидала. Но жизнь такая штука, ничего тут не поделаешь. И я оказалась дрянью, вот так вот нежданно-негаданно…

— Ты это… Кать, глупости-то не наделаешь, если я на тусу поеду? — спрашивает Костя, глядя на меня, как на девочку-подростка, способную сотворить невесть что с собой.

— Не бойся… Максимум, что я могу сделать — это напиться в свинью и завалиться спать. Квартиру тебе не разгромлю… И трупа на тебя не повешу.

— Дура ты, Катька! Я серьёзно за тебя боюсь!

— Я знаю! Спасибо! Всё будет хорошо… — отвечаю я уже другим тоном, но изо всех сил продолжаю держать себя в ежовых руковицах. Никому тут мои слёзы не нужны. Сама виновата, самой расхлёбывать.

И вообще, странно всё это… Я сама сотворила огромную ошибку… Меня надо назвать дрянью и послать куда подальше, а Руслан и Костя, наоборот, жалеют. От этого только противнее становится на душе.

— Сколько тебе денег-то нужно? — спрашиваю, открывая клатч.

— Мне теперь стыдно у тебя деньги брать, блин! Но я верну вдвое больше. Договор?

— Сколько? — задаю вопрос ещё раз.

Мои нервы сейчас натянуты как струнки гитары, и если испытывать моё терпение, то может рвануть, а мне не хотелось снова поддаться импульсу и ещё плюс ко всему поссориться с братом.

— Десятку хотел…

— Могу только пять… — хмурюсь я. — Я же вчера всё на это треклятое платье спустила…

— Давай пять! Завтра-послезавтра верну! — оживляется брат. — А платье зачётное!