— Что случилось? — словно ни в чём не бывало пожимает плечами он.

— Что? Ты ещё спрашиваешь, что случилось? Какого чёрта ты творишь у меня за спиной? Ты не заберёшь ребёнка! Не сможешь! Я буду вгрызаться зубами в землю, но не отдам его тебе, слышишь?

— Катя, да объясни в чём же дело! — ЗБ продолжает этот спектакль, словно он на самом деле ничего не понимает.

— Я слышала, как адвокат звонил своей помощнице и просил подготовить документы по лишению матери прав на ещё не родившегося ребёнка. Не будет этого! Ты слышишь?

Меня бьёт лихорадочная дрожь, а взгляд ЗБ становится таким колючим, что я передёргиваюсь и сжимаюсь вся от страха.

— Я не по этому вопросу вызывал адвоката… Я даже не… О боже! — выдыхает ЗБ. — Ты мне не веришь, да? Скажи мне, бога ради, Катя, что я не так делаю? Почему ты так относишься ко мне, словно я твой враг?

— Да всё не так! — отвечаю я, немного повышая голос, но быстро одёргиваю себя. — С самого начала ты твердишь, что отнимешь у меня ребёнка… С самого начала! Ты обещал, что постараешься очаровать меня, чтобы согласилась на твои условия и стала пленницей твоего дома! Ради этого ты вёл себя так, словно тебе хорошо со мной?

— Нет! Не из-за этого! Катя, послушай! Ради Бога, дай мне объясниться?! — он фыркает, напряжённо глядя мне в глаза.

— Ты меня любишь? — спрашиваю напрямую, сердце бьётся о рёбра, а глаза застилают слёзы.

— Катя, всё очень быстро и непросто, — отвечает он, разрывая напрочь моё сердце, вспарывая его острой бритвой.

— Я поняла. Больше не делай ничего. Не приближайся ко мне и оставь свои попытки сыграть в никому не нужную семью, а иначе я сбегу, и ты никогда не найдёшь меня и ребёнка! Просто довольствуйся тем, что сможешь изредка видеться с ним.

По щеке скатывается непрошенная слеза. ЗБ стискивает зубы и бледнеет. Желваки на его лице дёргаются, выдавая напряжение.

— Я тебя понял, Катя! — отвечает он. — Раз никому не нужную семью я пытался создать, так и быть, оставлю эти попытки! Спасибо за прямоту!

Я разворачиваюсь на месте и выхожу из его кабинета. Не верю, что ЗБ способен вот так быстро сдаться… Не верю… Он будет пытаться отнять ребёнка, но ничего не выйдет, потому что закон на моей стороне! Я не отдам ему дочь! Живот начинает потягивать, и я стараюсь успокоиться. Не хватает ещё потерять ребёнка из-за нервов… Беру себя в руки, стискивая зубы, и пытаюсь верить в лучшее. Я сильная. Справлюсь со всем.

* * *

Проходит несколько дней, и я почти успокаиваюсь. Почти… Потому что горечь никуда не исчезает, постоянно напоминает о себе… Я не раскатывала губу и не рассчитывала на что-то серьёзное. Я не верила, что ЗБ может взять и вот так вот быстро полюбить меня. А ещё я знала с самого начала, что он отступать не будет. Это затишье перед бурей… Дождётся, когда родится ребёнок, а потом скажет «фас» своему адвокату. Вот только я буду бороться, я готова к тому, что просто не будет.

Босс ведёт себя на работе так, словно всего того, что между нами было, и не было вовсе. Он снова стал ледяной, отстранённый, хмурый, одним словом — Злой Босс. И я не знаю, радоваться мне или плакать… Пару раз он спрашивает, как я себя чувствую, а получив ответ, уходит…

Когда я еду к маме на праздничный ужин в честь помолвки Кости, ощущаю себя одинокой. Это противное чувство, разливающееся липкой слизью внутри… А едва замечаю Костю и Риту, и нежность, плещущуюся между ними, мне просто волком выть хочется. Возможно, я сама прогнала ЗБ, но изменилось бы что-то, не сделай я этого? Я была бы так же одинока, как сейчас… Он не любил меня. Ясно дал понять это, не в силах ответить на мой вопрос. Так странно и одновременно больно мне не было никогда раньше. По сути, я впервые спросила у мужчины, который небезразличен мне — любит он меня или нет… И получила отказ.

— Кать, ты как себя чувствуешь? — спрашивает мама, заставляя меня вернуться в реальность, выбраться из кокона собственных мыслей, опутывающего меня эти дни.

— Всё хорошо, мам… Всё хорошо! — стараюсь успокоить её.

Я не хочу рассказывать о нашей размолвке с ЗБ и о том, что во многом виновата я сама. Как говорила раньше мама — если ты любишь мужчину, а он позволяет это делать, просто стань мудрее и сделай так, чтобы он полюбил в ответ.

Вот только, даже если у меня и был шанс раньше, я его упустила. Поздно понимаю это, но уже вряд ли что-то изменишь. Он теперь холодный и отстранённый, вынашивает план о том, как забрать у меня ребёнка. Интересно, он сможет опуститься до подлости и попытаться как-то подставить меня?! В это я не верю… Ну не мог он врать, целуя так беззаветно… Я была больше чем уверена в его искренности.

— Кать, ты смотри, палец отрежешь! Давай-ка я сама нарезку сделаю! — хмурится мама, я отдаю ей нож и отхожу в сторонку.

Достаю из кармана джинс телефон и гляжу на экран, вот только ничего ЗБ не написал… И вряд ли напишет…