Душевая зона разместилась у противоположной стены и отделялась от остального пространства стеклянной перегородкой без рам. Я сначала положила глаз на лаптастую ванную, в которой при ближайшем рассмотрении обнаружился встроенный гидромассаж, но решила, что это подождет. Сейчас мне хотелось встать под обжигающие струи воды и смыть с себя всю мерзость сегодняшнего дня.

Я быстро скинула одежду – рваная блузка сразу же отправилась в мусорную корзину, зашла в душевую кабину, включила на полную мощность верхнюю тропическую форсунку и закрыла глаза. Вода хлестала меня по обнаженному телу, будто кнутом, оставляя после себя болезненные кровоподтеки, но именно этого мне сейчас и хотелось – заглушить внутреннюю боль, душащую, раздирающую на части. Я стиснула зубы и терпела до тех пор, пока кожа не покраснела от хлестких ударов и только тогда завернула вентиль.

Мне стало легче. Я накинула халат, подошла к зеркалу и протерла ладонью запотевшую поверхность. Оттуда на меня смотрела незнакомая мне женщина с потухшим взглядом, постаревшая в одно мгновение на несколько лет. Я постаралась улыбнуться ей, но не смогла. Она пугала меня. Я хотела вернуть прежнюю Надю – веселую, беззаботную, немного безбашенную… Но ее, кажется, больше не было…

Я вернулась в комнату, подошла к кровати, расставила руки и рухнула в ее мягкие объятия. За окном на сад уже опустилась глубокая ночь, а во всем доме стояла звенящая тишина. Но не пустая, давящая, а словно живая. Тишина, в которой можно было услышать себя. Как будто комната знала, что мне нужно не просто место для сна, а укрытие, где можно перевести дыхание, собраться с мыслями, и, может быть, начать все сначала.

Эта спальня не кричала о богатстве и роскоши. Напротив, она шептала: «Ты в безопасности… Здесь тебя никто не тронет. Останься, пока не почувствуешь, что готова идти дальше». Под этот тихий шепот я провалилась в сон… Глубокий и крепкий, совсем без сновидений.

Глава 30.

Проснулась я от резкой, почти болезненной трели звонка в два часа ночи. За окном стояла такая густая темнота, даже луна спряталась за откуда-то набежавшими тучами. Я поначалу вообще не могла понять, где нахожусь. Но потом вспомнила и сердце сжалось в комок от накатившего горя. Я, не глядя на экран, сняла трубку. Жека был пьян в стельку.

– Надя… Наденька, – прошептал он заплетающимся языком. Голос был пропитан алкогольной хрипотцой и жалобной дрожью. – Я тебе пишу, а ты не отвечаешь…

Я прижала ладонь ко лбу, пытаясь стряхнуть остатки сна и, вместе с ним, это давящее чувство раздражения.

– Отмечаешь? – съязвила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри все клокотало. – Что тебе надо от меня, Капустин?

– Прости… пожалуйста… – Жека всхлипнул, и этот звук, жалкий, как у побитой собаки, вызвал у меня лишь приступ отвращения. – Поговори со мной… Мне так плохо…

– У тебя подруга есть. – холодно оборвала я его нытье. – Забыл? Вот с ней и поговори!

Я отключила звонок и поставила телефон на беззвучный режим. Знала по опыту, что в таком состоянии Женя был очень настойчивым. Он мог звонить и писать до бесконечности. Как будто мое «нет» было вызовом, а не границей.

Я открыла мессенджер и обнаружила около сорока сообщений от него, но читать не стала. Я и так знала, что там написано – люблю, прости, вернись. Но я больше не верила ни единому его слову.

Я небрежно бросила телефон на тумбочку, словно он жег мне руки, и попыталась снова заснуть, но сон совсем не шел. Тишина вместо того, чтобы успокаивать, давила. В голове роились мысли, зарождая волну очередной паники. Еще ужасно захотелось пить. Сухость стояла во рту такая, казалось в него песка сыпанули.

Я встала, сунула ноги в мягкие тапочки, накинула халат и спустилась на кухню. Максу, видимо тоже не спалось. Он сидел за столом и листал что-то в своем телефоне, но взгляд был рассеянным, как будто он смотрел сквозь экран и думал о чем-то своем.

– Привет, – я остановилась на пороге и прижалась плечом к дверному косяку.

Левашов вздрогнул от неожиданности, оглянулся на меня через плечо и улыбнулся.

– Тоже не спится? – спросил он, кивком головы указывая на стул рядом.

Я налила себе стакан воды и села за стол. Стекло запотело под моими пальцами.

– Капустин позвонил пьяный, разбудил, – ответила я на его вопрос. – А заснуть обратно не удалось.

– На телефоне есть кнопочка, отключающая звук, – пошутил он. – На худой конец, можешь его заблокировать.

– Знаю, – я печально улыбнулась. – Отрубилась так быстро, что совершенно забыла эту кнопочку нажать.

– Бывает, – пожал плечами Макс. – Когда я развелся и случайно разбогател, бывшая жена штурмовала мой дом круглосуточно.