– Варь, ну ты чего? – поднимает руку и пальцами ведет по щеке.

– Ты и Юра… вы были с Сашей.

– Варя, это в прошлом все.

– В прошлом? – смахиваю его руку. – В чьем прошлом? Это было. Вы встречались с ней. С одной девушкой. Делили ее. А теперь что?

– А теперь у меня есть ты.

– И она есть. И постоянно будет в твоей жизни, если вы будете общаться с Юрой.

– Что ты хочешь от меня? Не общаться с братом?

Не общаться с ней.

– Варь, мы не встречались с ней. Не было ничего.

– Было!

– Было, но один раз.

– Но было.

– Варь, это пять лет назад было.

– Почему она? – срываюсь в плач. Не хочу в это верить, не хочу это знать, не хочу с этим жить. Не хочу дружить с ними и общаться. Не хочу, чтобы что-то напоминало об этом.

– Ну, Варь…

Рома перестраивается на трассе в крайний правый ряд. Сбавляет скорость и останавливается. Включает аварийку и отстегивается.

– Тут стоять нельзя.

– Пофиг. Иди сюда, – отстегивает меня и притягивает к себе.

– Ты правда настолько во мне не уверена, что ревнуешь к ней?

– Когда-то же она тебе понравилась? Почему не может еще раз? – плачу, утыкаясь ему в шею.

– И ты мне когда-то понравилось. Я от тебя и убегал во все эти встречи. Она просто одна из них.

– Я не смогу это забыть, не думать об этом, когда мы встречаемся, – слезы не остановить. Душа не хочет ревновать и фантазировать, но как от этого избавиться, я не знаю. Память же не вырезать. – Как вы с Юрой это переживете? Как она себя чувствовать будет?

– Да никак, Варь. Срок давности вышел. У них своя жизнь, своя семья, дети. Мне не нужны чужие дети. У меня своя женщина и дочка, которых я люблю.

У Ромы играет телефон, вклинивается в наш разговор. На панели загорается, что звонит Юра.

– Ответь.

– Я хочу, чтобы ты мне верила.

Я верю, но это было все.

– Ответь.

– Да, Юр, – отвечает ему по громкой связи.

– Ром, вы едете?

– Давай завтра, Варя не в состоянии. Рассказал ей все.

– Она так не хочет родниться со мной?

– Не хочет, – Рома усмехается и трогается с места.

– Не слушай его, Юр, – встреваю в их разговор. – Я… просто… вся эта ситуация между вами и…

– Мама все понимает, и я в жизни столько наобвинял всех, что сейчас не хочу никого судить. У каждого там были свои причины так поступить.

– Я не про нее… – отвечаю Юре.

– А про кого?

– Варь, давай не сейчас, – не дает мне договорить Рома.

– Что не сейчас? – переспрашивает Юра.

А меня с каждым словом все больше раскачивает. Они решили, может, между собой, но я мимо этого прошла. Со мной никто ничего не решал. Я не пережила это, это со мной всю жизнь будет.

– Юр, мы домой поедем, потом поговорим.

– Что у вас там происходит?

– Юра, – срываюсь в голос, – тебя совсем не волнует то, что вы братья и были с одной девушкой?

– Варь, остынь… – пытается успокоить Рома и сжимает руку.

– Или что у вас там происходит?

– Рома, приезжайте к нам, – зовет Юра.

– Я не поеду! – заявляю сразу.

– Юр, не лучшая идея сейчас.

– Лучшая. Потом вот так не договаривают что-то и судьбы ломают друг другу. Выяснять все – значит сейчас. Или может еще тридцать лет подождем?

– Давай не сегодня? – прошу его.

– А что изменится через неделю? Как-то поменяются обстоятельства? Или появятся другие вводные? Или заведем дело и будем собирать улики и показания свидетелей? – Юра категоричен. – Ром, давай, приезжайте. Я тоже домой еду.

Отключается.

– Я не хочу, – сжимаю зубы, сдерживая истерику. – Я не смогу, Рома.

– Всем не просто, Варя. Думаешь, ты одна страдаешь? Я рос без матери, с отцом… ты видела какой он, а Юра в любящей семье, с нормальными мамой и папой. Мне что, ненавидеть его за это? Не общаться, что так вышло?

Его боль и трагедия жизни еще сложнее моей. Я уже пережила то, что меня удочерили. Но моих родителей не вернуть. А его мама жива…

– Ты ее простишь?

– Мне надо время.

– И мне тоже.