Перед сном вдвоём с Марком спустили вниз уличные горшки, которые я всё же отмыла. Завтра останется наполнить их землёй и посадить семена. Вот насчёт последних решила обратиться к кактусу. Не ошиблась. Он деловито достал из своего горшка маленькую книгу, не тот блокнот, где обычно писал, а именно книгу. Сам себе кивал, дирижировал колючкой, а после соизволил сделать запись и передать мне листок:

— «Семена будут подготовлены к утру. Не извольте беспокоиться, хозяйка.»

Удивляться сил уже не было. Благодарно кивнула. Мой зелёный генерал деловито осматривал горшки, не обращая на меня внимания.

— Ты уверен, что они будут готовы к утру? — спросила, подозрительно прищуривая глаз.

— Конечно! — Надпись на листке мне передали, словно записку в школе. Пришлось прочесть вслух. — Но, если не вырастут, вини только хомяка. Он сглазил.

— Я⁈ — возмутился Хомяк за моей спиной, удобно устроившийся на полке. — Я не делал! Смотрел.

Мне для полного счастья не хватало ругани хомяка и кактуса. Такое даже во сне не приснится. Нет, я точно не собиралась слушать подобное, поэтому предпочла укрыться в спальне. К тому же у меня нет платья для допроса!

Я перебирала наряды, разложив их на кровати.

— Синее платье? Слишком официально. Зелёное? Нет, выгляжу в нём как лесная нимфа после дождя, тоже всё в облипку. — Примеряла, крутясь у зеркала.

— А может, красное? Ага, чтобы выглядеть как сигнальный флаг? Тогда чёрное. Тайна, загадка, роковая женщина… Хотя нет, я ведь цветочница, а не вдова!

В конце концов, выбор пал на лёгкое сиреневое платье с серебристым узором — скромно, но с намёком. И грудь в нём выглядела прилично.

— Главное — не сболтнуть лишнего, — шептала себе, перекладывая одежду в шкафу.

В глубине души ждала этого разговора. До мурашек. И в глаза эти серые хотелось ещё раз заглянуть. А как он улыбается…

Интересно, а он обо мне думает? И о чём будет допрашивать за чашкой чая?

Сон Дусильды. Кристаллы и Корни Древа

Сон поглотил в свою пучину, едва голова коснулась подушки. Усталость тела и насыщенный событиями день переплавились в иной вид сознания — яркий, с образами прошлого, которое не было моим.

Она стояла в центре моей комнаты, залитой лунным светом. Не я. Другая. Женщина в платье цвета чернил, с темными волосами, собранными в строгий, но изящный узел. В ее раскрытой руке, уверенной и спокойной, поблескивал тот самый прибор — астролябия, усыпанная самоцветами. Но сейчас он оживал. Кольца вращались с едва слышной вибрацией, как крылья золотой стрекозы, самоцветы на его дугах пульсировали мягким светом: изумрудным, сапфировым, рубиновым. У каждого из них было чёткое предназначение.

В центре прибора, прямо над маленьким углублением, светился кристалл. Не мой, но очень похожий на мой! Чуть крупнее и ярче, может, ограненный иначе, но та же суть — сгусток сконцентрированной энергии, теплой и знакомой до боли. Я чувствовала его пульсацию сквозь сон, как эхо собственного сердца. Цветочницы… — пронеслось у меня в мыслях, не моих, но и не чужих. Лавка, её сознание делится со мной?

Женщина поднесла к губам засушенный цветок и что-то прошептала. Ее глаза были закрыты, брови чуть сведены, а лицо сосредоточено. Я видела, как ее воля, ее внутренний взгляд, ее знание конкретного цветка — его форма, оттенок, даже аромат! — фокусировались в кристалле. Кристалл вспыхнул ярче, передавая свет самоцветам прибора.

Кольца завертелись быстрее, а после резко остановились. Дуги выстроились в сложную конфигурацию. И над прибором, чуть выше ладони, возникло видение, как голографическое изображение: не просто карта, а место. Горная долина, залитая солнцем, где среди камней цвели нежные, редкие колокольчики с ледяным отливом на розовых лепестках — именно те, что она представляла! Координаты, расстояние, особенности местности — все это читалось в положении колец и дуг, в мерцании самоцветов. Прибор не просто показывал, где растет цветок, он показывал всю информацию о местности. Сквозь сон подумала, что, увидев эту долину, я бы точно знала, что найду здесь те цветы.

Знать цветок. Знать его суть. Сила кристалла — ключ… астролябия — проводник, а кто же способен туда переместить? — Понимание, не нуждающееся в словах, наполнило меня.