– Может, этот дракон и вывернулся. Откуда ты знаешь, как его заставили отречься и чем надавили? – Наши взгляды схлестнулись.Вот только я больше не готова была уступать. Договор ли между нами? Брак? Парность? Желание что-то доказать друг другу или просто влечение?– Но и ты знаешь о нем и о всех нас меньше, чем мы о людях, дорогая моя Кейрин. – Губы супруга раздвинулись в усмешке.Глаза холодные, черные, бездонные как омуты. Вот такого – жалеть?! Не мальчик. Сам знает, что делает и на что идёт.– Вы не бог, Тиарграт. Здесь вы верно сказали. Вы не можете решать, кому жить – а кому погибнуть. Зато если пожелаете – вы можете найти способ, как все обернуть всем на пользу, – ответила, не отводя глаз.– Вы плохо понимаете о чем просите, огненная моя. И да – сила горит в тебе ярко. Видишь? – Жёсткая рука в перчатке подхватила мою косичку у левого виска, поднося к глазам.По ней бегали искры пламени. – Потому что ты не идёшь против себя. Чем больше гармонии в душе мага, тем он сильнее. И, да, гармония, увы, не значит доброта и добро. Главное, чтобы ты жил в согласии с собой. А уж в чем оно для каждого заключается – дело личное. Лаэ пошел не просто против себя – против самой сути, законов мира. А мир, он живёт по своим законам. И сами боги порой не помогут.– То есть все как у всех и всегда? – Горько усмехнулась, выдернув волосы из его пальцев, – Право сильного? А если ты слаб и оступился – все равно виновен?– Глава рода не может быть слаб. Потому что если он слаб... – подушечки пальцев у Тиарграта  были жёсткие. Но очерчивали контур моего лица мягко, едва заметно. Он был выше меня на голову или чуть больше – не так уж много для мужчины, – если Глава слаб – тогда страдают те, кого он должен защищать. Такие, как его семья. Его дитя. И многие другие. И среди них тоже будут и женщины, и дети. Те, что ему доверились. Это по-твоему будет справедливо и правильно? Ты готова будешь войти в род такого главы? Будешь ему поклоняться, ему доверять? – Пригвождал к полу безжалостный голос.– А знаешь... Не стану говорить "нет", – отвернулась, разглядывая затейливые узор на шкафу, – если этот глава заплатил за свои ошибки, если он искупил то, что сотворил, своей кровью, если готов покарать всех, кто был причастен к боли существ, которые ему доверились...Солнце медленно ползло к закату, оставляя за собой золотисто-багровые полосы.– Вот как? Смело, учитывая незнание наших традиций.В голосе дракона – напряжение.– Вот так. Они не заслуживают того, чтобы их отвергли. Они все. - Выдохнула, вспомнив всю семью Миралис. - Возможно, когда ты был так же юн, ты тоже совершал ошибки, Тиарграт... – Заставила себя сказать.Лицо горело. От собственной смелости, от смеси горечи и надежды, от своих разбитых ожиданий... Да мало ли что приходит в голову юной наивной девице?– А что лично ты готова будешь отдать ради чужого счастья, раз уж ты так ратуешь за него, душа моя? – Не обманываюсь – он зол и ищет повод высказаться.Просто сделает это в своей, драконьей манере.– Раз мы перешли к торговле – назовите цену, – отвечаю, когда мы оказываемся лицом к лицу.Его пальцы смыкаются на моем запястье, моя ладонь упирается ему в грудь, цепляясь за ткань камзола.– Мне нужна ты, Кейрин Ардантэ. Душой, телом и мыслями. Я желаю, чтобы ты была со мной, принадлежала мне, – произносит мужчина напротив меня, сбрасывая маски.Черты лица его заострились резче обозначились скулы, пролегла морщина на лбу. Это делало его более живым. Капелька крови на вороте рубашки, золотые блики в глазах и голодная стужа, исступленная жажда, что обнимала длинными серыми костлявыми пальцами за талию.– Разве я и так не ваша... жена? – В голове пусто. Только на сердце смятение, короткий испуг, желание не сдаваться – во что бы то ни стало.Наша сделка и так не предполагает обратного хода, не так ли?Но я ведь знаю, чего он хочет. Знаю, что ему нужно.Не формальность, не сделка. Вся я.– Сделкой, даже такой, едва ли купишь искренние чувства, – ответила, чтобы хоть как-то заполнить давящую паузу.– Но раз уж ты и так моя жена – разве эта сделка не стоит того? Ты ничего не теряешь, Кейрин...Навис, змей. От этого взгляда голову кружит и шумит в ушах. Или от чего-то иного? Желания выпалить долгожданное согласие, например?Гулко хлопают двери. Сейчас мы в так называемых "общих" покоях. То есть помещении, похожем на гостиную в богатом доме, где могут собираться в любое время члены семьи.Не самое лучшее место для разговора.Я дергаюсь и отшатываюсь. И – вот диво – в голове проясняется.А на пороге стоит, смеривая нас презрительным взглядом, женщина ослепительной красоты. Высокая грудь скрыта под светлым камзолом, длинным, с разрезами на бедрах, а штаны – ужаснейшие, возмутительно узкие, обтягивают ноги, как перчатка запястье. У драконицы карминные губы и золотые глаза, в которых плещется сила. Ее густые черные волосы частично собраны в какую-то изящную корзиночку на голове, частично распущены и свисают до самой талии.Холодная застывшая красота. Сила. Воинственность – в каждой чёрточке.– Сын, все с очередной девкой развлекаешься? Не рассказывай мне сказы про свою женитьбу. Твой брак не стоит ничего, пока он не скреплен на родовом алтаре, а такого позволения я тебе не дам. Притащить человеческую девку!И, не размениваясь больше на слова, драконица в мгновение ока швырнула в мою сторону раскаленное добела золотистое облако.