– …Я кэру Вуйчику так и сказала, вы самый лучший преподаватель, мы другого не примем. Я всегда думала, что теория – это скучно. Если честно, я… ну, собиралась со второго курса на алхимию переводиться. Просто при поступлении резерва не хватило, вот и пошла, куда получилось. А теперь я хочу доучиваться на теории. Я хочу быть как вы!

…Кажется, нет. По крайней мере, эта конкретная студентка в первой версии будущего в самом деле перевелась на другой факультет. Интересно… будущее продолжает меняться. Кто знает, как повлияет на него теперь Касажина Вилларчик. И на сей раз для этого оказалось достаточно нескольких интересных лекций.

Мастер Сабо замер рядом со мной, не мешая разговору и внимательно слушая.

– Кэри Вилларчик… Касажина, – протянув руку, я коснулась ее плеча. Прежде я никогда не позволяла себе фамильярничать со студентами – держать дистанцию казалось невероятно важным. Но эта девочка не побоялась пойти к декану, чтобы высказаться в мою защиту. – Даже не думайте пропускать лекции. Я обязательно к вам вернусь. Это только на время расследования.

– Но декан Вуйчик сказал…

– Неважно, что он сказал, – я невесело усмехнулась. – К сожалению, декан Вуйчик сейчас не вполне… соотносится с реальностью. Будь все так, как он полагает, расследование бы уже завершилось, а с моей семьи взыскали компенсацию. Однако, как видите, господа из управления все еще здесь. Как и я. Увольнять меня нет никаких оснований – а без них избавиться без шума от представителя старой семьи не так просто.

Да, у знаменитой фамилии есть кое-какие преимущества. Я всегда предпочитала ими не пользоваться… и поступала глупо. Мне пригодятся любые инструменты, какими я обладаю. Всегда вопрос только в том, как их применять.

– Но…

– Я вам обещаю, Касажина. А сейчас – у вас вот-вот начнется лекция. Вам не стоит опаздывать.

Девушка несколько раз кивнула, едва заметно выдохнув и, торопливо попрощавшись, поспешила к корпусу артефакторов.

– Они действительно вас любят, – не без удивления протянул мастер Сабо, стоило нам снова двинуться в направлении ворот академгородка. Я рассеянно кивнула. Да… кто бы мог подумать. Раньше я всегда относилась к преподаванию как к своего рода повинности. Просто без него нельзя претендовать на ученую степень. Кажется, теперь что-то изменилось.

Пожалуй, в прошлом я никогда и не пыталась снискать любовь окружающих – только их признание. Ощущение оказалось странным и… пожалуй, теплым.

Свободный кэб неторопливо двигался мимо ворот, и я взмахнула рукой. Пока – академические дела подождут. А к своим студентам я непременно вернусь. Я обещала.

В отличие от моих родителей, которые предпочли для жизни тихий пригород, Вежецкие выбрали жизнь в столице – их дом возвышался на одной из самых престижных улиц города. Не в шумном центре, где вечно кипела жизнь и бурлила торговля, а ближе к окраине – и к королевскому дворцу тоже.

Пожалуй, три самых главных точки притяжения в столице находились именно на окраинах – причем на максимальном удалении друг от друга: Университет магических наук, Квартал мастеров и королевский дворец с примыкающим к нему богатым районом. Каждый из углов этого треугольника – как отдельный мирок, мало пересекающийся с остальными. В центре же располагались торговые лавки, ремесленные мастерские, доходные дома и всевозможные городские службы. Жилые дома там строили во множество этажей, а люди селились порой по нескольку человек в одной комнате. Театры и дорогие ателье располагались уже ближе к дворцовому району.

Во второй жизни я тоже жила в этом районе – мы с Мареком купили дом сразу после свадьбы. Выбирал, конечно, Марек.

Как бы редко я ни выходила из дома, за годы жизни здесь я изучила этот район как свои пять пальцев. Извозчика я попросила остановить кэб за несколько домов от нужного мне.

Дома здесь не прижимались к мостовой и уж точно не теснились друг к другу, как в том же Квартале мастеров, а степенно возвышались за коваными воротами, отделенные от мостовой газонами и клумбами. Здесь не увидеть было продуктовых лавок и шныряющих по улицам городских мальчишек – товары с рынка сюда привозили на подводах ранним утром, пока господа спят.

Я шла вдоль улицы, стараясь не концентрироваться на воспоминаниях. Ничего еще не было. И, надеюсь, не будет.

Лучше бы придумать предлог, под которым я собираюсь наведаться к едва знакомым людям и задавать странные вопросы. Как назло, в голову не приходило ничего, кроме туманного “разговора о будущем” младших Вежецких. Марек – даже не мой студент, а Томаш… Томаш мой, но что я могу о нем сказать такого, что стоило бы личного визита преподавателя к родителям?