Глубокий поцелуй выбил бы землю из-под ног, если бы меня не держали так крепко. Максим приподнял меня, а затем опустил, продолжая прижимать к себе. От восхитительных ощущений я застонала, а он, получив таким образом одобрение, продолжил.

Откинула голову, вцепившись пальцами в тёмные волосы. Хорошо, слишком хорошо, неприлично хорошо! Горячие губы коснулись моей шеи, из горла вырывались ничем не сдерживаемые стоны. Всё тело напряглось, стало невыносимо жарко, дышать получалось через раз, а потом я вскрикнула, резко расслабляясь. Максим зашипел, продолжая тереться об меня, пока моё тело не стало совсем ватным.

Я уткнулась вспотевшим лбом в его, пытаясь отдышаться. Старалась не смотреть в горящие пламенем затуманенные глаза. Стыд заполнял каждую клеточку тела. Не знала, что теперь делать, такой распущенной себя чувствовала. Ужасно хорошо и ужасно плохо. Спрятала лицо, уткнувшись ему в шею. Стало уютней.

Постепенно дыхание выравнивалось, пока я лежала на Максиме, боясь посмотреть на него. Всё случилось как-то слишком спонтанно. Впрочем, как и всё остальное, что у нас было. Максим чуть пошевелился подо мной, пересаживаясь поудобнее.

– Ты действительно хочешь поехать в Питер? – спросил он хрипло, продолжая меня обнимать.

– Да. – Легко поцеловала его в шею для подтверждения своих слов. – Девочки скоро уедут, хочу провести с ними побольше времени.

Он поправил мне растрепавшуюся косичку и чмокнул в щёку, хотя всё ещё был напряжён. Хотела слезть с колен и сесть рядом, но он удержал меня на месте.

– Ладно. – Максим вздохнул. – Питер, так Питер. У тебя есть загранник?

– Для Питера он не нужен. – Я засмеялась, не понимая, о чём разговор.

– Для Питера нет, а вот для Франции документы нужны. И виза.

Зависла. Зачем он об этом заговорил? Очевидно, что ни в какую другую страну я сейчас не собиралась.

– У меня нет загранника и визы, как нет и денег на Францию. – Наконец, я отстранилась. – Ты уезжаешь?

– Ну… Только не говори, что забыла про Олимпийские игры?

– Так вы говорили серьёзно, а не гипотетически? – удивилась я. Реально считала это пустыми разговорами.

– Думаешь, я недостаточно хорош? – Максим ухмыльнулся, но его это будто задело. – Этот год насыщенный на соревнования, сложно, конечно, но я много готовился. Хочу, чтобы ты поехала со мной.

– Но я не могу. – В душе нарастала паника. – Я со следующей недели выхожу на работу, потом у меня учёба… К тому же, совершенно не знаю языка.

– Я обо всём позабочусь. От тебя нужно только согласие. Пожалуйста, я очень хочу, чтобы ты была там и сидела на местах для близких. Сможешь всё посмотреть, не обязательно только теннис. Поселю тебя в хорошем месте, найму сопровождение, тебе понравится. Обещаю. Только поехали со мной, пожалуйста, – в его голосе неизвестно откуда появилось отчаяние.

– Мы знакомы всего ничего. – Слезла с его колен, усаживаясь рядом. – Не знаю, когда игры, но знаю, что не могу поехать, хотя понимаю, как для тебя это может быть важно.

Мы молча буравили друг друга взглядами, не собираясь отступать. Кто вообще так поступает? Вот так берёт и собирается полететь в другую страну за чужой счёт, чтобы просто посидеть на скамейке?

– Обещай хотя бы подумать? – настаивал Максим.

– Я даже думать не буду. Это плохая идея. Слишком дорого и серьёзно, тем более, что я уже согласилась выйти на работу.

Вот и он. Наш первый разлад. Звучало смешно, но тема была слишком серьёзной для шуток.

– Неужели это важнее олимпиады? – Максим хмурился всё сильнее.

– Для тебя, разумеется, нет ничего важнее. Но это для тебя, а не для меня. И если ты не хочешь это принять, значит, нам не о чем сейчас разговаривать.

– Да это для всех супер важное событие! – Он нервно провёл рукой по волосам, пока я натягивала на себя недавно снятую футболку. – Особенно, если у кого-то из нашей страны получится взять призовое место. Любое. В моей дисциплине это практически невозможно. Ты хоть понимаешь, какая это ответственность? Шансы? Перспективы?

– Ты всё ещё пытаешься соблазнить Кирилла, а не меня, как ты этого не понимаешь?

– Ты вообще понимаешь, насколько сложно всю свою жизнь посвятить спорту? Как тяжело добиться хоть мало-мальски хороших результатов? Как сложно удерживать позиции и расти при этом? Ведь вокруг немало талантливых спортсменов, каждый день стремящихся наступить тебе на пятки и сбросить со скалы. Это вечная конкуренция, постоянные тренировки и никакой возможности расслабиться. А тут апогей всего! Олимпиада! Знаешь, как сложно было получить путёвку?

Главное, что я сейчас понимала, это то, что он не понимал. Мы оба не понимали друг друга. Просто не могли.

– А ты понимаешь, какого это, не знать, чему посвятить свою жизнь? Где учиться? Работать? Как развиваться личностно и профессионально? Тебе сложно? Разумеется, понятия не имею, насколько. Да я даже не понимаю, что ещё есть в твоей жизни, кроме бесконечных тренировок и соревнований!