Перед входом в гостиницу Баткова хлопотал мальчишка с ведром, старательно поливал ступени, чтобы утренний ветер не запылил плитку. Из глубины двора раздавался негромкий говор — видимо, слуги готовились к встрече новых гостей.

Карелин поднялся по скрипучим ступеням и оказался в просторном вестибюле, где пахло свежевымытым паркетом и вчерашним ужином. За стойкой сидел управляющий — сухопарый человек в крахмальном воротничке. При виде Матвея он вежливо привстал, но сразу же вернулся к своим записям.

Матвей огляделся и сразу заметил Бушмакова. Тот стоял у дальней стены, беседуя с мужчиной в длинном черном плаще. Карелин замедлил шаг, стараясь не привлекать внимания. Бушмаков, словно почувствовав его взгляд, на мгновение напрягся, но тут же наклонился к своему собеседнику и что-то шепнул. Мужчина в черном бросил быстрый, почти мимолетный взгляд в сторону Матвея, затем плавно развернулся и исчез за дверями, ведущими к лестнице.

Матвей подошел ближе, но Бушмаков уже как ни в чем не бывало поглаживал трость, его лицо выражало лишь легкое любопытство. Из бильярдного зала, покачиваясь, вышел Шеккер. В руке он держал бокал, в котором медленно таял лед, оставляя на стеклянных стенках прозрачные разводы.

— А в управлении сообщили, что вы ушли по важному делу, Владимир Павлович, — холодно произнес Матвей, приближаясь к нему. — Мы тут ведем расследование, а вас и след простыл.

Шеккер, услышав упрек, резко вздохнул, словно собираясь сдержать раздражение, которое мелькнуло в его глазах.

— У нас что, новый порядок? Или вы решили примерить на себя роль начальника управления? — бросил он и нервно сжал губы, стараясь сохранить видимость спокойствия.

— Пока вы отдыхаете, происходят убийства, — не менее резко ответил Карелин, пристально глядя на него.

Глаза Шеккера недобро вспыхнули:

— Вы что, меня подозреваете? — воскликнул он обиженно. — Напоминаю, я не обязан перед вами отчитываться.

— Но обязаны перед законом, — сухо парировал Матвей, делая еще шаг вперед, чтобы их взгляды встретились на одном уровне.

Напряжение между ними стало почти осязаемым, как натянутая струна, готовая лопнуть. Но спор внезапно прервал Бушмаков, который появился сбоку с самодовольной улыбкой. Его манеры, как всегда, были бесцеремонными.

— Господа, господа, зачем же так горячиться? — с усмешкой начал он, легко хлопнув Шеккера по плечу. — А я вот только что имел занятный разговор. Связи, знаете ли, — великая сила.

— Какие именно связи, Григорий Михайлович? — уточнил Карелин. Голос его звучал спокойно, но внимательный взгляд был прикован к собеседнику.

— О, самые разные! — Бушмаков широко развел руками, словно охватывая невидимый список своих возможностей. — От посыльного в уездной конторе до самого господина губернатора. Думаете, шучу? А вот и нет. Список можно продолжать бесконечно, но, как говорится, зачем вам лишние подробности?

Карелин подался вперед, внимательно следя за словами и жестами Бушмакова. Его глаза сузились, будто он пытался выловить в общей легкости ответа что-то более существенное.

— И как же эти связи помогут и, самое главное, кому? — спросил он, на этот раз с нажимом, отчего тон стал куда менее дружелюбным.

— Как же кому? Да вам же и помогут, — с наигранной легкостью отмахнулся Бушмаков, как будто вопрос Карелина был смехотворен сам по себе. — Скоро экипаж князя поедет дальше. Это я вам обещаю. И возможно, не один. Проверну свое дельце и устрою себе отдых с развлечением: двинусь вслед за князем!

С этими словами он лениво откинулся на спинку стула, бросив короткий взгляд на Карелина, словно проверяя, какое впечатление произвели его слова. Матвей, впрочем, никак не отреагировал, только покачал головой.

И тут в вестибюль влетел Мухин. Плащ его был наброшен кое-как, ботинки заляпаны грязью, а дыхание сбилось так, что слова вырывались рывками. Он бросил быстрый взгляд на присутствующих, но, заметив Бушмакова, нахмурился и махнул рукой, подзывая Карелина и Шеккера.

— Матвей Сергеевич, Владимир Павлович, — шепотом заговорил он, едва те подошли, — это нельзя обсуждать при всех. Давайте отойдем. Бензин наконец-то прибыл... на склад... в Верхнеудинске. Нужно отправить его в Мысовую. Если Владимир Павлович поможет, все получится... Но тут важен полный контроль, иначе...

Когда все трое оказались у окна, подальше от других, Мухин продолжил, понизив голос до едва слышного шепота:

— Слишком много любопытных глаз и ушей. Нам нужно отправить бензин в Мысовую утренним поездом.

Он вытер лоб тыльной стороной ладони, оставив на коже сероватую полоску пыли, и с тревогой посмотрел на Шеккера.

— Конечно, Сергей Львович, — с легкой улыбкой произнес тот. — Я получил сообщение и уже работал над этим, пока Матвей Сергеевич занимался расследованием убийства Като.

Карелин, до этого молчавший, выпрямился, пристально вглядываясь в Шеккера.