– Чего вы хотите? Я больше не «забредал» к вам. Я держался на расстоянии, – возмутился Спенсер.

– Кое-кто хочет поговорить с тобой.

– Эта мерзость? – Сасквоч фыркнул, и взгляд его темных глаз опустился на меня.

Ой. Оой. Похоже, это будет сложнее, чем я думала. На языке вертелось желание сказать ему что-то, о чем я пожалела бы, когда перестала бы злиться, но часть меня, которая пыталась оставаться доброй, напомнила мне быть выше.

И все же мне пришлось сжать зубы, прежде чем ответить:

– Это очень обидное обзывательство, а ведь я пришла сюда, чтобы извиниться, Спенсер. – Я собиралась обращаться с ним как с человеком, даже если он не мог сделать того же для меня. Пока что.

– Ты пришла, чтобы что? – рявкнул сасквоч так, будто ослышался.

Я посмотрела на него.

– Я пришла, чтобы извиниться за то, что сказала тебе тогда. Ты обидел меня, вот я и отомстила тебе, и с тех пор это не давало мне покоя.

Его темные глаза-бусины перебегали с меня на Генри и обратно, словно он сомневался, не дурачили ли мы его. От этого я почувствовала себя еще более виноватой. А еще это укрепило мою решимость сказать и сделать то, что необходимо.

Я попыталась снова:

– Твои волосы переливаются множеством красивых цветов. Взгляни на мои. В них нет ни одной изюминки…

– Они невзрачные, – согласился Спенсер чересчур легко.

Я моргнула.

– Да, невзрачные…

– Они даже не каштанового цвета. Вот это красивый оттенок, – добавил сасквоч.

Я медленно кивнула и прикусила язык.

Но комплименты не заканчивались.

– Темно-рыже-коричневые, я бы сказал. – Он пожал плечами. – Бе.

– Бе? – повторила я, усомнившись, не ослышалась ли я. Неужели этот легендарный гигант с сухими волосами насмехался надо мной? У меня-то не было секущихся концов. Черт возьми, у меня-то здоровые волосы.

На мое плечо легла рука, которая сжалась, и я допустила ошибку, глянув на Генри. На его лице застыла самодовольная ухмылка. Он даже не пытался скрыть ее.

Я была рада, что хоть кто-то считал это смешным.

– Я признательна за то, что ты поделился своим мнением, – солгала я ровным голосом, хотя прекрасно знала, что он понимал, что я не думала так на самом деле.

– Всегда пожалуйста, демон.

Демон?

Ну все, с меня хватит.

– Зато они блестящие. Этого у тебя не отнять, – добавил Спенсер, когда я уже собиралась схватить Генри за руку и потащить его в ту сторону, откуда мы пришли.

Я коснулась кончиков своих волос.

– Спасибо. – Я знала, что он кичился своей внешностью. – Я перестала пользоваться шампунем два года назад, и это принесло мне огромную пользу.

Я удивилась, когда Генри еле слышно пробормотал:

– А пахнет вкусно.

Комплимент. Я опустила руку.

– Я мою их только кастильским мылом, а не шампунем. А еще я ополаскиваю их раствором уксуса и использую хороший кондиционер. Тут целый метод. – На самом деле это был хороший переход к тому, ради чего я пришла сюда. Я вытащила небольшую коробочку из сумки на поясе – в тот момент осознав, что мне следовало принести ему несколько упаковок, ведь у него так много волос, – и бросила ее сасквочу.

Спенсер поймал коробку и прочитал надпись, о чем я обязательно должна была рассказать Сиенне. Или спросить у Генри. Как он научился читать? Он что, время от времени ходит в человеческом обличье?

– Кондиционер?

– Что бы я ни сказала, твои волосы хорошо выглядят, но это отличный кондиционер. Если захочешь, я помогу тебе заказать еще.

У него вообще были деньги?

Не представляю, как мне удалось понять, что существо, от головы до пят покрытое волосами, удивилось, но я поняла это.

– Если захочешь, – повторила я, чтобы он не чувствовал давления. Может, он ему и не понравится, но я попыталась.

Голос Спенсера был громким:

– Хорошо. – Ни «спасибо», ничего другого. Только «хорошо». Он хотя бы не назвал меня демоном снова. Мне пора уходить, пока не поздно.

– Еще раз прости за то, что я сказала в гневе. Надеюсь, тебе понравится кондиционер. – Я повернулась к Генри и приподняла брови, сообщив ему о том, что я была готова идти, если у него все.

Он кивнул. Мы направились обратно тем же путем, которым пришли. Мы не успели уйти далеко, когда Спенсер громко выкрикнул:

– Генри?

– Что? – проорал мужчина рядом со мной, не сбавляя шага.

– Передай Мэгги, что я назвал ее предательницей!

– Нет! – крикнул в ответ Генри, покачав головой.

Мэгги? Мэгги из детсада? Какого?..

Спускаться с холма проще, чем подниматься. Мои колени трещали и начали болеть, а еще я опять неоднократно поскальзывалась на сырой листве, но мне удавалось устоять на ногах. И все же мы шли быстрее, чем наверх.

Мы добрались до того места, где земля снова стала ровной, когда густой голос, который с каждым словом становился все более знакомым мне, опять заговорил:

– Знаешь, это было необязательно.

– Что? Извиняться?

– Угу.