— Так дело не пойдет, милашка. Адрес назови, а то еще кому под колеса кинешься.

— Это была случайность, — шиплю на него, как дикая кошка, встречаясь глазами.

Смотрю на него и понимаю, что это была провокация. Он хотел, чтобы я отвлеклась от собственных мыслей.

— Вижу. Но ты не в том состоянии, чтобы оставить непонятно где. Не ломайся. Время тик-так, тик-так.

— А вы всем так помогаете? — отвечаю вопросом на вопрос, грубо, невоспитанно, и кажется, ему это нравится.

— Зачет. Не всем, только тем, кто кидается под колеса в ливень, — на колкость он ответил улыбкой.

Неужели такой хороший, что не бросает нуждающегося в беде? Только мне в любом случае не легче от этого. Мне и правда не куда вернуться. Ни квартиры, ни друзей.

— Я уже сказала куда, больше вы ничего не услышите. И, спасибо за все. Вы итак сделали для меня больше, чем должны. Просто отвезите либо туда, либо выпустите из машины.

— Окей, — все же злится на меня, и мы срываемся с места.

Резко срываемся. Дождя уже нет, так что свист шин слышен очень хорошо. Вжимаюсь в сиденье за счет законов физики, ну и страх тоже присутствует. Правда, его явно меньше.

Мужчина уверенно ведет машину, лавируя в плотном потоке машин. Хорошо, что в городе есть ограничения и почти все их соблюдают, поэтому моему спасителю тоже приходится, как он сказал, плестись, как черепахе. А по мне мы движемся нормально.

По такой дороге сто процентов не стоит превышать ограничения. Правда, мне кажется, мужчина чувствует в каком я состоянии, поэтому периодически гонит на полную и резко тормозит, чуть ли не «целуя» впереди идущие машины. В такие моменты сердце пропускает удар, а то и три. Я так поседею к концу дороги.

Повороты, смена улиц, очередной экстрим, и прихожу в себя только тогда, когда мы паркуемся на подземной парковке.

— На выход, малышка, — подмигнув через салонное зеркало, выходит из авто, открывая мою дверь. — Пошли, — и протягивает руку.

— Я с вами не пойду. Вы куда меня привезли? — заикаясь, немного отползаю назад, на что татуированный недовольно цокает.

— Пойдешь. Куда денешься. Считаю до трех. Я тебе шанс давал, ты не захотела. Теперь решаю я.

— Нет, — возмущенно пискнула, только кому это интересно?

— Раз.

— Отпустите.

— Два.

— Да хватит издеваться! — не оставляю попыток выкрутиться.

Не понимаю, к какому маньяку села в машину? Не нравится мне его блеск в глазах. Словно кот на сметану на меня смотрит. Мамочки.

— Три. Я предупреждал. Даже предлагал домой отвезти. Все, малышка, пошли, — и сам наклоняется в салон, протягивая ко мне руки.

— Нет! Что вы делаете? — пытаюсь брыкаться, но противник сильнее.

Он ловко скручивает руки и вытягивает к самому краю, что-то недовольно шипя себе под нос, пока я пихаюсь, надеюсь, что больно, хотя, такая скала не заметит. Раз, и все, я повисла на его плече попой вверх. Да что за наглость? Мне мало было измены, теперь какой-то неандерталец пристает. Господи, неужели тебе мало?

— Отпусти. Что ты творишь? Немедленно поставь меня на землю!

Кричу, ударяя его по спине ладошками, пока движемся к лифтам. Если сейчас зайдем, то это конец.

— Нет. Домой не хочешь, значит мы с тобой развлечемся, скрасив друг другу вечер.

Довольно мурлычет, и вместе со звуком прибывшего лифта раздается звучный шлепок по попе.

Что он сказал?

— Ты с ума сошел?! Немедленно отпусти, — не оставляю попытку высвободиться, но он ведёт себя, как пещерный человек.

Даже руку с попы не убирает. Возмутительно! Хотя, есть что-то в его поведении такое, что заставляет все внутри трепетать от восторга. Господи, Вера, как тебе не стыдно? Ведешься на манипуляции животного.

— Ага, отпущу. Позже, — сжимая попку, довольно произносит, уверена, еще и облизывается.

Спокойнее, Вера. Ему все равно придётся тебя поставить на землю. Приехали мы не на окраину, где ни души, а в элитный жилой комплекс, уж слишком дорого тут все отделано, значит плохо-хорошо, человек приличный. Ага, бандит.

Мне просто нужно выждать время. Не будет же он набрасываться на меня сразу? По-любому будет пауза. Вот тогда и сбегу. Не знаю куда. Бомжевать до утра буду, надеясь, что никто не заявит на меня никуда.

— Успокоилась? Умничка. Люблю, когда ласковые кошечки, а не дикие, — дверцы лифта разъезжаются, и мы выходим на площадку.

Говорю же, элитное жилье. Все отделано мраморной плиткой. Чёрный пол, серые стены, и все с красивыми золотыми разводами, знаете, словно кисть несколько раз окунули в воду и на водной глади появился лёгкий рисунок. Смотрится дорого, но я люблю простоту. Она тоже бывает роскошной.