Бегу со всех ног, в легких печет, а бок режет от неправильного дыхания. Улочка, поворот, еще один, третий. Остановка и нужный автобус. Все. Сливается в одно сплошное полотно. Бегу на автомате, мозг сам выхватывает нужную информацию, приводя меня к коммуналке.

Машина скорой заставляет напрячься. Неприятное предчувствие проходится вдоль позвоночника. Только не говорите, что это к нам. Мне еще не хватало на сегодня приключений. Новый рывок бега по лестнице на верх, и да, на носилках выносят Марью Кузьминичну.

— Что с ней? — хватаюсь за руку врача, который последним выходит из квартиры.

— Забираем ее. Дотянула женщина. Теперь на долго у нас останется. Вы родственница?

— Нет. Да. Нет, не родственница. Но можно с вами? — хватаюсь за голову, потому что не знаю, что вообще делать в такой ситуации, да и не пришла я еще в себя от одного, как другое свалилось на голову.

Доктор смотрит на меня и, махнув рукой, дает добро на сопровождение.

Время для меня словно застывает. Скорая помощь, больница, заполнение необходимых документов в приемном покое. Голова кружится от всего происходящего. Слишком много всего происходит. Мозг просто не справляется с реальностью.

Видя мой затравленный взгляд, медсестра даже приносит кружечку чая. Благодарю женщину и сижу в коридоре, ожидая вердикта врачей. Даже не представляю, что буду делать, если понадобится большая сумма денег на лекарства. А если операция? У меня нет ничего за душой, чтобы помочь Марье Кузьминичне.

Кто-то скажет, что я ей ничего не должна, и, возможно, будут правы, но я не смогу ее оставить, ведь она меня не бросила.

Не знаю сколько времени проходит, прежде чем ко мне подходит доктор.

— Девушка, вы с гражданкой Фоминой приехали? — мужчина средних лет с хитрыми бегающими глазами оказывается рядом со мной.

— Да, я, — встаю с места, чтобы не быть рядом с ней маленькой букашкой.

— Ну, что я могу вам сказать, женщина долго откладывала операцию. Если не сделать операцию в ближайшие дни, то после следующего приступа мы можем ее не вытащить. С сердцем шутки плохи, как и со всем остальным, плюс все осложняется диабетом у пациентки.

Он говорит что-то еще, но я уже не слушаю. Раз операция, то это не малая сумма. Я если на сто работ устроюсь, могу не успеть собрать нужную сумму. Придется сегодня срочно ехать в ломбард, чтобы сдать украшения. Пускай, хотя бы перед операцией организуют должный уход. А дальше что-нибудь придумаю.

В овощной лавке поговорю на счет смен в полную неделю, аванс попрошу. Раз это ее знакомые, должны же помочь. Верно?

— Сколько, — обрываю врача, выныривая из собственных рассуждений. — Сколько стоит операция и период восстановления? Назовите примерную сумму.

— В ее случае, — смотрит на меня пристально, что мне не очень нравится, но давлю сигналы мозга об опасности, мы ведь на людях. — Примерно двести тысяч, возможно, двести пятьдесят, если хорошими препаратами потом восстанавливать.

— Поняла. Спасибо. Я достану деньги. Постараюсь в ближайшее время. Контактный телефон я оставила, звоните в любое время.

Киваю ему и ухожу. К счастью, он меня не останавливает. На сколько вытянут мои украшения? Грамм на семьдесят, сто? Они все при мне, как чувствовала, не стала прятать в коммуналке. Срочно еду в торговый центр, в ломбард. Там явно цену предложат выше.

На улице вечереет и холодный ветер нагоняет тоску. Меня словно смерть в свои лапы взяла, настолько холодно мне стало. Не знаю, то ли погода столь ужасна, то ли в целом мое состояние так усиливает ощущения, но хочется сжаться в комочек и сказать, что все это происходит не со мной, что это все сон.

В таком настроении дохожу до торгового центра и поднимаюсь на второй этаж. Ломбард нахожу быстро, но вот оценщик не так скор, как хотелось бы. Он придирчиво осматривает каждую цепочку. Колечко и брошку. Хмурится, потому что они с камнями, и выдает вердикт: за все сто восемьдесят тысяч. Неплохо, хотя в магазине за это отдано было в разы больше.

Муж любил роскошь, но вся она оказалась в камнях для обычного скупщика, которые в его деле ничего не стоят. Вот так прозаична жизнь. Не знаю, обманул он меня или нет, но я отдала ему все, лишь бы получить деньги. Осталось заработать не так уж и мало, а времени очень мало.

Вышла из ломбарда с тяжелым сердцем. Вокруг суетятся люди. Счастливые парочки влюбленных, мамы с детьми, мужья и жены, и только я в одиночестве. Не на кого рассчитывать, кроме себя. Как жизнь могла так кардинально поменяться? Еще несколько дней назад у меня было все, а сейчас ничего. Хочется выть от отчаяния, но ведь нам не даются судьбой больше, чем мы можем вынести. Так?

— Игорь, — имя мужа срывается с губ, когда мы сталкиваемся с ним взглядами.