Он взял стул, громко шваркнув ножками по полу, развернул его спинкой вперед и уселся, расставив колени.

Брун откусил половину пирога, не сводя глаз с волка.

— Скажи-ка, Брун, — продолжил тот, взяв булочку из плетеной корзинки. — Ты не брал случайно одну вещь, которая тебе не принадлежит?

— Ты вот только что взял чужую булку, — ответил Брун, прожевав пирог. — А ты недостаточно симпатичный, чтобы я угощал тебя завтраками.

— Подумай хорошенько, Брун. — Аурун надкусил булку, поморщился, кинул ее назад в корзинку. — Мои парни говорят, это ты навалял им в театре.

— Отличная постановка была, кстати. Тоже сходи как-нибудь.

— Только если в программе будет драка с тобой. — Он схватил вилку и воткнул ее в стол рядом с рукой Бруна. — Ты больше не полицейский, помнишь?

— И сейчас это меня радует как никогда.

Короткий замах головой — и Брун ударил лбом в нос волку. Выбил из-под его ног стул, с грохотом отлетевший к противоположной стене, схватил за короткий ежик волос, приложил головой об стол, расколов тарелку с остатками пирога.

— Только сунься ко мне еще раз! — рявкнул он волку на ухо и отшвырнул его к бару. Аурун выпрямился, зарычал, показывая острые клыки, вытер кровавую юшку под носом рукавом, шагнул к Бруну, и тут в кафе ввалилась целая компания полицейских во главе с Кшистофом.

Волк яростно зыркнул на Бруна и стремительно вышел вон.

— Брун! — обрадовался Кшистоф. — А почему Аурун в крови?

— Так это вишневое варенье, наверное, — ответил Брун, садясь на диван рядом с Эльзой. — Очень вкусный пирог сегодня у Марты получился, обязательно попробуй.

— Понятно, — кивнул оборотень-рысь, рыжие усы встопорщились, как антенны. Он уселся за другой стол и махнул официантке.

Брун взял стеклянный кофейник и выпил кофе прямо из него до самой гущи.

— Что Ауруну было от тебя нужно? — тихо спросил Клиф.

Брун покосился в сторону бывшего шефа. Тот увлеченно болтал с коллегами, но одно ухо с рыжеватой кисточкой наверху развернулось в их сторону. Брун глянул на Эльзу.

— У тебя есть ручка? Или помада?

Девушка порылась в сумочке, вынула косметический карандаш. Брун написал на салфетке несколько слов, повернул к гиене: «Бальтазар, первый вампир, оторванная рука, кольцо».

— Все, что сможешь найти, — сказал Брун, и Клиф кивнул. Салфетку Брун скомкал и сунул в карман, где по-прежнему лежала черная рука вампира.

Когда они вышли на парковку, Брун сказал:

— Похоже, старушка Маргери подсунула нам ту еще свинью. Чую, от этой руки будет куча проблем. Гляди-ка, волчонок все еще тут.

Аурун сидел в сером джипе, пристально глядя на Бруна. Он медленно провел большим пальцем по горлу, потом ткнул в сторону медведя. Брун усмехнулся, сел за руль. Мотор с глухим ревом завелся, и машина плавно тронулась с места. Проезжая мимо Ауруна, Брун опустил стекло, вынул черную вампирскую руку из кармана и, прижав все пальцы, кроме среднего, продемонстрировал ее волку.

— Боже мой, его сейчас удар хватит, — заметила Эльза. — Зачем ты его провоцируешь?

— Затем, что мне это нравится. — Брун спрятал руку назад в карман. — К тому же он разбил мои часы.

— Они так тебе дороги?

— Да, — коротко ответил он. — Это семейная реликвия.

* * *

— Объясни мне, Брун, — попросила Эльза, вышагивая по снегу. Община енотов, которые тихо-мирно спали под строгим ушастым присмотром, осталась позади. — Что за охранники — зайцы? Это какой-то прикол?

— Зайцы крутые, — без доли иронии ответил Брун, помогая ей перебраться через поваленное дерево.

— Ладно там охранники собаки, тигры, медведи, в конце концов…

— Оборотней-собак не бывает, — заметил Брун. — Это искусственно выведенное животное. Но твоя мысль мне ясна. Понимаешь, Эльза, зайцы на животном уровне чуют опасность. Они осторожные, внимательные, собранные. Хищники не привыкли остерегаться. Мы полагаемся на свою силу. Там, где тигр и ухом не поведет, заяц трижды перепроверит.

— Надо было тебе зайца нанять на зиму, — заметила Эльза.

— А я пытался, — сказал Брун. Он, прищурившись, огляделся. Снег искрился бриллиантами, воздух был прозрачен и свеж. Брун вжикнул молнией, расстегивая куртку, стащил ботинки.

— Я минут на пятнадцать-двадцать отойду, ладно? — спросил он у Эльзы. — Подожди меня в машине. Или хочешь посмотреть?