Тейра прикусила губу и сочувственно потрепала его по плечу.

— Мы что-нибудь придумаем. В конце концов, и твой Свет может ошибаться.

— Это неважно…

— Опять ты заладил… — Тейра осеклась, встретив тяжелый взгляд Шелиаса.

— Я

предам

Орден, Свет, собственные убеждения! Вот что важно! Я

заслужу

казнь!.. — Лицо его изменилось, вмиг наполнившись какой-то духовной, невидимой простому глазу силой. — Я должен понять, что к этому приведет. Я не могу оставить все невыясненным.

— И что ты собираешься делать? — осторожно поинтересовалась Тейра. Иногда Шелиас из доброго эльфа превращался в решительного главу Ордена Света — это было терпимо. Но когда он становился верующим паладином, в чьей душе горит Свет, то можно было на стенку лезть.

— Посмотрим, — нахмурился Шелиас, и его решительный взгляд показал Тейре, что Верховный паладин доберется до истины. Одно плохо — вполне вероятно, что познает он ее только на том самом костре.

— Шели, — простонала Тейра, чувствуя себя слишком уставшей и отчаявшейся, чтобы хоть что-то сделать.

Шелиас поднял на нее взгляд, хотел что-то сказать, прогнать, спасти, но промолчал.

Так они и сидели в тишине и отчаяние, пока Шелиас неожиданно не вздрогнул всем телом и начал заваливаться. Тейра вскочила, подхватила его, но он уже сам выпрямился.

— Что, опять?!

— Нет, — покачал головой Шелиас. На лбу его выступила испарина. Он облокотился на спинку кресла и прикрыл глаза. — На этот раз была Тьма…

— Тьма? — удивилась Тейра, знавшая, как они с Шели далеки от этой могущественной силы. Тьму и ее волю могли чувствовать лишь истинные темные — вампиры, ликаны, иногда орки и тролли, чернокнижники и колдуны. Но чтобы Верховный паладин?!

— Я почувствовал, как она что-то сделала, — тщательно подбирая слова, ответил Шелиас. — Волна Тьмы пронеслась по миру… Не понимаю… Что-то произошло, но я никогда с таким не сталкивался…

— Спроси у темных, — пошутила Тейра, зевая во весь рот и пытаясь прикрыться ладонью. Новая беда никак не касалась их с Шели, и она предпочла бы лечь спать, тем более что ей надо было вставать через полчаса.

— Да, надо спросить у темных, ты права, — пробормотал Шелиас — мыслями он был где-то далеко.

Тейра состроила кислое лицо и вздохнула.

— Изнасиловать тебя, что ли? Может перестанешь дурью маяться, паладин ты мой, — вздохнула она и тут же поймала укоризненный взгляд Шелиаса. — Что? Я же тебе нравлюсь!

Он вздохнул и тепло улыбнулся.

— Я люблю тебя.

Она утонула в его голубых глазах, в том тепле и любви, что он ей дарил. Что бы ни произошло, Шел всегда будет рядом и поможет. Тейра просто не могла поверить, что ее любимый эльф подведет себя под казнь… Только если его оговорят. Шели, конечно, умный и давно варится в политическом котле, но кто знает, на что способны его противники.

В сердце Тейры вновь родилась тревога за любимого мужчину. Заметив это, Шелиас обнял ее, притягивая к себе, и пообещал:

— Я приложу все усилия, чтобы вы с Тели и Фелиасом не расстраивались из-за меня.

Ей оставалось лишь вздыхать. Лучше бы поспали.

***

Уже под самое утро Мелитэя спустилась во двор, чтобы отдать несколько указаний горгульям. Как раз когда она выносила мозг Дарру, старшему командиру, ее нашла Анабель. С супругой младшего брата у Мелитэе отношения не сложились сразу, и чья в этом была вина — неизвестно. Конечно, сестра Владыки во всем винила Анабель, и ее сложно было в этом осуждать.