— Даже так? — тянет уже старший Герр, судя по всему, он тут глава комиссии. — Значит, мы должны ее увидеть. Покажите это дитя.

Что? Меня? Только не это!

— Девочки, где наша маленькая леди? — суетится госпожа ректор, когда я хочу провалиться под землю.

Ведь выйти мне нужно не только к проверке, но и к Рэйдару, что сейчас разрезает взглядом толпу, словно выискивая что-то или кого-то. Не меня ведь…. Точно не меня!

Скорее уж, новую фаворитку-красотку! С него станется!

— Белла, ты чего? — шепчет мне Ксандра, когда я пригибаюсь за ее спиной.

Вижу в ее серых акварельных глазах беспокойство и непонимание. Еще бы, маленькая леди, что шла грудью на сваху, сейчас прячется в толпе как трусишка. Но что я могу с собой поделать?

Если бы она только знала, как мучительно смотреть на этого гада даже со стороны, то не предлагала бы выйти вперед.

Но что мне остается? Бежать прочь, после всего, что я прошла? Не уж. В чем моя вина? В том, что хочу жить? В том, что готова сделать все, чтобы дорогие мне люди были счастливы?

И я сделаю. Прямо сейчас! Не буду я его бояться! Молчи, сердце! Действуй, горячая голова!

Сглатываю не то ком горечи, не то слезы, что хотели подступить к глазам, расправляю плечи и, пряча страх в самый потаенный уголок души, гордо ступаю вперед….

Глава 24. Беллы больше нет.

Зал погружается в такую тишину, что кажется, я слышу, как бешено грохочет мое сердце. Раны, не успевшие нормально затянуться, вновь кровоточат, но этого никто не увидит!

Сжимаю кулачки и внимательно слежу за реакцией господина Герра, отчаянно пытаясь не замечать Рэйдара. Вот только его пристальный взгляд намертво приклеивается ко мне.

Что, не ожидал и здесь наткнуться на меня? Опять заявит, что я его преследую?

Нет. Сейчас в строгом выражении его лица кроется что-то совершенно иное и совсем непонятное мне.

Он похож на дознавателя, что пытается меня в чем-то уличить.

Только вот в чем?

— Так значит, это ты то дитя, что решило спасти это сомнительное заведение? — обращается ко мне глава комиссии, господин Герр.

Странно, что не называет по имени. Он ведь помнит меня. Должен помнить. Но не узнает. Ни он, ни Рэйдар.

Или они просто делают вид, чтобы не марать свое имя сомнительными связями с отвергнутой и отреченной вроде меня?

— Не я, господин, а все мы, — говорю ему смело, но без вызова. Не стоит гневить тех, в чьих руках судьба этого места. — Это наш дом, Ваша Светлость. И мы намерены сделать все, что от нас зависит, чтобы его сохранить.

— Вы?! — усмехается седовласый старец, и при всем моем почтении к старшим, он вызывает у меня самые неприятные чувства.

Одно только выражение его сухого лица, будто он смотрит на что-то гадкое и противное, вызывает во мне не то злость, не то обиду.

Теперь я еще лучше понимаю, почему местные девочки так не любят зазнавшихся аристократов.

— Да что вы можете в свои-то годы? Ваше место на кухне! — рявкает он, пугая девчонок, но тут же получает выговор строгими взглядами четы Герров.

Достойно. Вот только я прекрасно помню, что эти господа играют куда более тонко и опасно.

— Мы, господин, — отвечаю ему ровным голосом, немного склонив голову, чтобы его разгорячившийся нрав тут не рванул. — Именно мы в наши годы отыскали залежи глины, соорудили своими руками гончарный круг и печь, заделали саманом все щели. Мы наладили торговлю. Мы подготовили подробный план дальнейших действий, следуя которому, уже к новому сезону эта академия сможет вдохнуть в себя новую жизнь.

— Планы – это лишь бумажки! Какая дерзкая девка! — рявкает старик, но господин Герр не дает ему продолжить. Одним жестом руки велит замолчать.

— Как тебя зовут, дитя? — спрашивает Герр, глядя мне прямо в глаза, и сейчас, кажется, вовсе не лукавит.

Он, в самом деле, меня не узнает? Как? Почему?

Кидаю беглый взгляд на старое зеркало у колонны, и застываю, потому я — не я.

В отражении на меня смотрит милая, перепачканная девчонка. Нос картошкой стал остреньким, как у лисички и немного вздернутым, от пухловатых щек не осталось и следа, зато теперь красиво выделяются высокие скулы.

Как же так вышло? Это иллюзия?

Ксандра?!

— Ее зовут Б….

— Берта! — выпаливаю я, не дав Дайре, всюду сующей свой нос, договорить.

Раз они меня не узнали, то пусть так и будет.

Той Беллы больше нет. Она умерла, в тот самый день, когда от нее отреклись. Теперь на ее месте я! И я куда сильнее и отважнее. Я — маленькая леди без прошлого, но с планами на будущее.

— Берта? — переспрашивает Рэйдар, и от звука его голоса, внутри все сжимается в ком.

А как он смотрит! Будто выискивает во мне ложь!

— А фамилия?

— У меня нет фамилии, — отвечаю ему, взглянув прямо в его синие глаза, и тут же об этом жалею.

Слишком сложно! Но я выдержу. Должна выдержать….