— А сколькими я, по-твоему, стихиями, должна управлять? — усмехаюсь я, потому что давно уже не водится стихийников-универсалов.

— Этого уж я не знаю, но судя по метке за ухом, уж точно не одной, — выдает мне Лир. — Ты, что не знала, к какому роду принадлежишь?

Знала, вроде. Но, выходит, ошибалась?

— Так что мне сделать, чтобы эти письмена исчезли с тела? — спрашиваю я, а сама думаю, кто же их вообще наложил?

А, может, котомышь подшучивает надо мной.

— Ох, сделать это будет очень трудно. Но оно того стоит. Ты ведь хочешь увидеть себя настоящей?

— Что? — не понимаю я.

— Что значит, настоящей? — подключаются и девочки.

— Как только “блокаторы” будут сняты, ты обретешь истинную магию и свою истинную внешность, не подавленную печатями.

Ого! Вот оно как? Это что же… я смогу быть красивой? И сильной? Я?!

— И что для этого нужно? — с волнением спрашиваю я.

— Ох, это будет очень не пр-росто! — тянет котомышь и щурится как-то очень опасно. — Не думаю, что ты согласишься….

— Скажи!

— Ну, слушай...

Глава 28. Не тот гость.

Я стою на балконе и с любовью смотрю на то, как новые ученики резвятся в саду академии. Вдыхаю аромат желтых листьев, наполняя счастьем легкие.

Наша академия расцвела. Она стала совсем другой. Красивой, величественной, такой, какой и должна быть.

Многие из тех, кто учился со мной, ушли в большой мир в поисках своего счастья. Я же осталась. Не смогла проститься с этими стенами и стала преподавателем арифметики и введению в стихийную магию. Да-да, теперь у нас и маги учатся.

Но то, что сама являюсь универсалом и смогла обуздать вторую стихию, мы с девочками и Лиром, сохранили в тайне. Иначе отбоя не было бы от женихов. И хоть мне исполнилось летом двадцать четыре и, как бы, пора под венец, я туда не спешу.

Я только начинаю жить. И жить хочу по своим правилам. Тем более, когда помех больше нет.

Лир был прав не только насчет моей магии, но и внешности. Он рассказал мне о двух способах и очень настаивал на первом. Даже кандидатуру предложил, но напоровшись в двадцатый раз на мой яростный взгляд, больше об этом не заговаривал.

Я выбрала второй путь. Путь изнурительных тренировок под началом фамильяра. Путь, который предвещал мне целомудрие до двадцати пяти. Но это заботило меня меньше всего. Я шла к своей цели. Падала, вставала и снова падала.

Порой казалось, что продолжать не возможно.

Но вот я здесь, и сейчас вряд ли кто-то сможет меня узнать.

Как же я стремилась к красоте, как же я мечтала стать такой, как все. Я ей стала. Но к тому моменту уже давно поняла, что внешность не самое главное, но это приятно.

А еще приятнее видеть успехи наших новых учеников.

Они разбегаются на занятия, а я возвращаюсь в комнату, что служит мне теперь кабинетом.

— Берта! — влетает в двери Ксандра.

Она у нас теперь новый преподаватель по бытовой магии и родному языку. Только-только после обучения и аттестации вернулась. С ее то нравом сложно было не приклеить усы какой-нибудь вредной даме из министерства. Иллюзией, конечно. Но только, тссс! Это все еще тайна.

— Приехали? — спрашиваю ее, и подруга кивает.

— Карета только что остановилась у главного входа. Ректор пошла встречать. И чего они никак не успокоятся? — ворчит моя колючка, а я спокойненько отхожу от окон, вид которых открывается на внутренний двор, и беру в руки папки.

— Давно уже успокоились. Это только для галочки, — успокаиваю я ее и при этом совсем не лукавлю.

В первый год проверки наведывались сюда почти каждые два месяца. Потом уже раз в квартал. А в прошлом году так вообще лишь в начале учебного года и в конце.

К счастью, к нам приезжали одни и те же господа, имена которых я запомнила, как свое собственное. Новое, разумеется.

С господином Герром я виделась всего лишь раз, а Рэйдар больше так и не приехал. Чего ему смотреть на возрождение руин, когда в столице такая насыщенная жизнь.

Настолько насыщенная, что он даже в газету попал.

— Зови меня, если что-то понадобится! — просит Ксандра и тут же убегает. У нее занятия вот-вот начнутся.

Провожаю подругу взглядом, а затем еще раз осматриваю кабинет. Вроде, ничего не забыла. Пора на выход.

— Ты что, так пойдешь? — едва толкаю дверь, как в проходе вырисовывается Лир.

Только хочу спросить, где его носило целых три дня, как он выдает уже следующую претензию:

— Понарядней ничего не нашлось?

Вот же ворчун! Девчонки порой удивляются, как я его не прибила. А мне с ним даже весело.

— Я гостя из министерства иду встречать, а не в ресторацию, — пропеваю фамильяру и только хочу его обойти, как он вновь подлетает прямо к лицу.

— Но все-таки… Не помешало бы показать себя со всех сторон! Вдруг гость интересный, — подмигивает своим синим глазом.