Ладно. В конце концов знание о том, что скрывается за закрытыми дверями, может быть для меня жизненно необходимым. Да и просто любопытно.
Понадеюсь на авось. А там уже буду действовать по обстоятельствам.
Глава 10
Файтар после попойки дрыхнет до обеда. И просыпается как раз ко времени, когда заканчиваю жарить себе на обед мясо.
Входит на кухню и смущённо улыбается:
– Добрый день!
– Добрый день, – соглашаюсь я.
– Есть что поесть?
– Подожди пару минут, сейчас разогрею тебе суп.
Захожу в погреб, беру кастрюлю с супом и ставлю её на плиту. Когда начинаю нарезать хлеб, Файтар неуверенным голосом спрашивает:
– Я вчера ничего такого не натворил? Совсем ничего не помню… – он замолкает.
Заинтересованно приподнимаю бровь. Он действительно не помнит о том, как целовал меня, или притворяется?
Задаю наводящий вопрос:
– А что ты мог натворить?
– Ну… Я иногда перестаю себя контролировать в пьяном состоянии и могу сделать что-то, за что утром будет стыдно… Так я что-нибудь сделал?
– Ну, можно и так сказать… Совсем ничего не помнишь?
– Совсем ничего! – он выглядит искренним.
Раздумываю над тем, рассказать ли ему о том, что он лез ко мне с поцелуями. А вдруг Файтар ужаснётся и начнёт извиняться? Не хотелось бы, чтобы он извинялся за то, против чего я не возражала. А вдруг и того хуже – решит стать трезвенником? И что тогда? Никаких больше поцелуев? В трезвом состоянии он ведёт себя сдержанно, что меня не очень-то устраивает. Но вешаться на мужика самой мне тоже не улыбается. А вдруг у них тут такое считается распущенностью?..
Мысли сумбурно мечутся в голове, перескакивая с одного на другое.
– Если я сделал что-то не то, если как-то тебя обидел, прошу прощения, – не дождавшись моего ответа, продолжает некромант. – В будущем, если я снова вернусь пьяным, сразу поднимайся к себе и запирай дверь своей комнаты. В таком случае я тебя не потревожу.
– Договорились, – сухо киваю я.
А сама думаю о том, что этого он от меня не дождётся! Уйти к себе и лишиться ещё одного шанса с ним поцеловаться? Ни за что!
Решаю сменить тему разговора:
– Я расседлала Грома, задала ему корм и налила воды. Но упряжь сгрузила просто на пол – не смогла понять, куда ещё её деть, так что ты уж сам как-нибудь.
– Огромное спасибо!
Ставлю перед ним тарелку с супом, перекладываю в свою миску мясо, беру кусок хлеба и приступаю к обеду.
Некромант съедает суп с большим аппетитом, затем благодарит меня и уходит.
Пока мою посуду, подвожу итоги.
То, что он забыл о поцелуе, немного обидно. Но с другой стороны, он сказал, что перестаёт себя контролировать в пьяном состоянии. Ещё бы знать, потеря контроля связана с тем, что я женщина, или с тем, что – это я. Очень бы хотелось, чтобы всё-таки второе, но и первую версию сбрасывать со счетов нельзя. Из плюсов: о ключах он так и не спросил. Возможно, ещё за ужином спросит, так что расслабляться не стоит. Но ему может быть настолько неловко, что и не спросит. И этот вариант меня бы устроил больше.
И если Файтар не спросит о ключах, встаёт вопрос о том, когда именно отправляться на исследование запертых дверей… Утром некромант обычно спит, но не исключена вероятность, что проснётся пораньше. И я же не знаю, что там. Вдруг потребуется время, чтобы выяснить? Связка ключей довольно увесистая… А что некромант сделает, если поймает меня на горячем? Не уверена, что хочу это выяснять.
Значит, лучше дождаться, пока Файтар снова куда-нибудь уедет. Так мне будет спокойнее. И если вдруг выяснится что-то страшное, у меня будет время прийти в себя и набросать план действий.
В таком случае решено: буду выжидать удобный момент.
До ужина убираюсь, потом решаю налепить пельменей. По ним я соскучилась не меньше, чем по щам. Конечно, мясорубки у меня нет, но ведь мясо можно просто очень сильно измельчить. Пусть в итоге блюдо и будет отличаться от оригинала, но получится всё равно вкусно. А сметану можно заменить мелко порубленными помидорами. Не то, конечно, но всё равно будет вкусно.
Определившись, принимаюсь за дело. Сперва измельчаю лук и мясо для начинки, затем добавляю чёрный перец, соль и немного воды для сочности. После приступаю к вымешиванию теста. Закончив, ставлю на огонь кастрюлю.