Таких было всего четверо, причем совсем молодняк. Скорее даже подростки от силы лет шестнадцати.

Было… противно. Просто противно. Это какими надо быть отмороженными, чтобы отправлять в бой пацанов?

Как бы то ни было, радоваться было рано - хутор горел, а я ни разу не стихийник, так что ни дождь вызвать, ни реку вспять повернуть. А жители хутора тем временем через одного в отключке.

Пришлось экстренно активировать свои мозговые извилины и отправлять гаргулий с ведрами и кадками до реки, чтобы они своими силами тушили амбары и сараи, ды выводили истошно блеющий скот, пока тот не задохся от дыма, а самой топать к центральному дому, где ощущалась некая активность.

– Хозяева! - гаркнула. - Выходите, общаться будем. Угроза ликвидирована, но проблема не решена. Кто в целительстве разумеет? Тут вашим мужикам помощь нужна, трое с разбитыми головами, как бы не окочурились.

И пускай я чуток приукрашивала, потому что уже глянула их и отметила, что реальной угрозы для жизни нет, всё-таки налетчикам были нужны рабы, а не трупы, но надо же мне было как-то выманить остальных из дома.

И они клюнули!

Дверь чуть приоткрылась и из щели, прямо как пробка из бутылки, выскочила юркая старушка. Промчалась мимо меня, кося нервным взглядом, но ломанулась совершенно не туда, так что пришлось догонять, тормозить и разворачивать в верном направлении.

И лишь двадцать минут спустя, когда она убедилась, что родня жить будет, мы разговорились и я представилась честь по чести. Не забывая краем глаза контролировать тушение последних возгораний и раздавая гаргульям указания, чтобы оттащили трупы в сторонку, а жителей хутора, кто без сознания, аккуратно принести поближе к дому, я ловко агитировала старушку по имени Ванда переселяться в мою долину. Мол, там земли ничуть не хуже, а безопасность на высоте. И первым переселенцам достанутся лучшие дома и пастбища!

– С сыном порешать надо, - вздохнула она и указала рукой на рослого бородатого бугая, которому прилетело по голове больше всех, и сейчас он лежал рядом с остальными родичами и работниками.

Всего на травке отдыхало девять мужчин и трое мальчишек от четырнадцати до семнадцати, остальные были старше. Вплоть до пожилого, но ещё крепкого деда в возрасте примерно пятидесяти лет.

И да, все они были людьми.

– Сама я охотно перееду, - продолжала она рассуждать, с болью глядя на горелые хлев и амбар, которые гаргулы, конечно, потушили, но досталось им серьезно. - Хочется уже на старости лет спокойно дожить. А то как ни год, то набеги энтих…

Она с ненавистью глянула на четверых унылых полукровок, которым гаргулы связали руки-ноги и поставили на колени, чтобы избежать всяческих недоразумений.

– Тьфу! Нелюди бездушные!

Потом с некоторым испугом глянула на меня, ведь я тоже была не человеком, но я даже бровью не повела. Да-да, я с ней полностью согласна. Есть люди, есть орки, оборотни и эльфы.

А есть нелюди и это прежде всего касается духовности.

– Госпожа Ашурия, - ко мне приблизился один из гаргулов, говоря глухо, рокочуще. - Князь требует отчета о том, где мы и почему. Не могу вас оставить без приказа.

М-м, проснулся уже… Что-то рано. Светать только начало!

– Отправь к нему одного из своих с подробным отчетом о том, что наша группа отразила атаку работорговцев на ферму, есть раненые и пленники, нужны телеги и сопровождение, - произнесла спокойно, сама прикидывая, что полет туда-обратно займет часа два, не меньше. И это если Лэнд сразу рванет сюда. Но у него вообще-то гости…

Так что даже и не знаю!

Отрывисто кивнув, гаргул отошел, а Ванда, с боязливым уважением проследив за ним взглядом, снова посмотрела на меня и кривовато усмехнулась.

– Уже всё решили за нас, ваша светлость?

– Ванда, ты мудрая женщина, - я с осуждением качнула головой. - Осень на носу, а у вас половину урожая и стада налетчики уничтожили. А если завтра новые появятся? Тебе что дороже, мнимая гордость или дети-внуки? Поди и мелкие совсем в доме прячутся? Ты им какой жизни хочешь? В страхе до последнего, когда папку на их глазах убьют за то, что не сдался, или под толковой защитой и в безопасности?