— Слышал? — снова он обратился к какому-то Славе. — Да похуй на ценник. Бери все, что приглянется, и возвращайся скорей. Через двадцать две минуты нам надо быть в ресторане уже!

Ресторан? Мне же не послышалось?

Я что, настолько впечатлила босса своим мокрым перформансом, что он на свидание решил меня пригласить?

Сомнительные у него методы, конечно. Можно же было просто позвонить.

— Оскар Савельевич, что происходит? — насторожилась я, глядя на суетного босса, не находящего себе места.

Он резко вскинул руку, глянул на циферблат своих наручных часов и губы крепко поджал.

— А то, что контракт уже практически у нас в руках. Китайцы хотят подписать документы за ужином.

— Так это же здорово. Вас уже можно поздравить?

— Рано. Рано еще праздновать, — уныло он ответил.

— Почему?

— Да вот что-то подсказывает мне, что их решение будет зависеть от тебя. Их главный выдвинул условие. Он захотел, чтобы ты присутствовала на ужине вместе со мной.

— Я? — меня повело в сторону, давление резко подскочило и ударило в голову. — Подождите, а почему он так захотел?

— Да потому что я сдуру ляпнул, что ты моя девушка! — буквально проорал он, едва ли волосы на себе не выдирая.

— Гм… — кажется, я потеряла дар речи, а пол подо мной стал мягким и начал раскачиваться из стороны в сторону.

— Ну а что мне нужно было говорить? — в бессилии рухнул он на диван и откинул голову на спинку, и я разглядела у него на шее бешено пульсирующую венку. — Они же решили, что я домогался тебя в душевой. Сидели с кислыми рожами и уже планировали уезжать. Вот я и сказал, что они неправильно поняли. Что никакая ты не секретарша, а девушка моя.

Меня бросило в жар и в глотке мгновенно пересохло, сглотнуть было нечем.

Все могла ожидать от босса, но точно не такой подставы…

— Вы в своем уме? — я усердно покрутила у виска. — А чего сразу не беременной тройней женой меня назвали? Ну представили бы меня семиюродной сестрой, зачем же из крайности в крайность бросаться?

Босс окинул меня угрюмым взглядом и обнажил свои клыки, словно намереваясь впиться ими в мою яремную вену.

— Ну давай, еще ты меня поучи.

— А вы считаете, что повели себя рационально? — сложила я руки под грудью.

Босс посмотрел на меня так, как если бы я посмела в него плюнуть.

— Я спасал будущий многомиллионный контракт. А для этого я сделаю что угодно и скажу что угодно, если посчитаю нужным. Так что не обессудь. И потом, не забывай, за тобой должок.

— Но…

— Рада, прекращай по нервам ездить! — вскинул он руку и вскочил с дивана, вынуждая меня отступить назад. — Ты поедешь со мной и прикинешься моей девушкой, хочешь ты того или нет.

Он явно обратился не по адресу. Я, вообще-то, на экономическом факультете учусь, а не на театральном.

Но, похоже, выбора у меня нет. Равно, как и у Адамасова.

— Слушаюсь и повинуюсь, Тиран Савельевич.

С понурой головой я сделала шаг в сторону и сама не поняла, как оказалась зажатой между шкафом и грудью Оскара Савельевича.

— Как ты меня назвала? — с прищуром склонился он к моему лицу, и я заметила играющую полуулыбку на его губах.

Меня вдруг затрясло. Кожу покалывало от стрекочущего напряжения между нами.

— Никак. Вам, видимо, послышалось, — соврала я, с трудом ворочая языком.

И с губ его мгновенно сошла улыбка, а в глазах тем не менее чертята не переставали отплясывать.

— Еще раз подобное услышу, и я передумаю выписывать тебе солидную премию к Новому году.

— Как… как скажете, — ответила почти беззвучно и протиснулась в сторону, пока генеральный не расплющил меня. — Дайте мне минут десять. Я быстро уложу волосы, накрашусь и….

— Нет у нас на это времени, — вновь перебил меня жестко и оглядел мою прическу, пучок, закрепленный карандашом. — Распусти волосы и просто причешись.

— Вам же не нравятся распущенные волосы, — вырвалось тут же с языка и я замялась, когда босс вздернул бровь.

— Кто сказал?

— Вы. Когда забраковали монашеское платье с кедами.

“Еще и Еву сюда приплели”, — мысленно добавила и раздраженно вздохнула.

— Правда? Не помню, — он вскинул руку и сверился с часами. — Славка вот-вот приедет. Одевайся и бери все необходимое с собой. По дороге наведешь марафет.

— Слушаюсь, — высунула язык, когда босс размашистым шагом двинулся к выходу, но тут же втянула в рот, потому что он резко обернулся.

— Пока не забыл, представиться тебе нужно Евой.

— Что-о-о? — намертво вросла я ногами в пол.

Мое лицо исказилось в удивлении, а затем перекосилось гневом. Пар из ушей повалил и рот раскрылся в беззвучном вопле.

— Привычка. Твое имя как-то вылетело из головы, а переигрывать было уже поздно, — пояснил Адамасов с полной невозмутимостью, будто в этом не было ничего такого.