— Я сказала, что мы ничего у него не берем, Анна. Во-вторых, — перебиваю я, глядя ей прямо в глаза, — твой отец солгал. У меня никого не было и нет. И не будет, пока все это не закончится. Я из тех, кто сначала заканчивает отношения, а потом строит новые. А его ложь — это просто еще один грязный прием в его войне. Так что выбирай, кому верить. Ему, который годами обманывал нас всех, или мне.

Аня замолкает, ее губы дрожат. Она хочет верить в простой мир, где папа хороший, а мама просто обиделась. Но этот мир рушится у нее на глазах.

— И в-третьих, — мой голос становится деловым и окончательным, — насчет оплаты учебы. Я уже нашла способ, как решить этот вопрос. Завтра я все улажу.

Максим смотрит на меня с удивлением и надеждой. Аня с недоверием.

— Какой способ? — спрашивает Максим. — Мам, если это еще одна работа, то точно нет. Давай лучше я возьму пару подработок. На складе. Там всегда нужны люди. Хотя бы на несколько часов, но это нам поможет.

— Как? — спрашивает Аня. — Ты что, в долг возьмешь?

— Максим, никаких подработок сверх тех, что уже у тебя запланированы. У тебя учебы, а склад не то место, где ты мечтаешь работать. И вообще, это мое дело, — говорю я, собирая со стола свои бумаги. — Вы оба все еще мои дети. И ваша задача сейчас учиться и не ввязываться в наши взрослые разборки. Тем более в драки. О деньгах на учебу я позабочусь. Остальное — не ваша головная боль.

Я вижу, как Максим хочет возразить, спросить что-то еще, но он сдерживается. Кивает. Он доверяет мне. Этого сейчас достаточно. Аня же фыркает и, бросив на нас последний обиженный взгляд, уходит в свою комнату.

Я остаюсь на кухне с Максимом.

— Ты правда найдешь способ, мам? — тихо спрашивает он.

— Правда, — уверенно говорю я, хотя внутри все сжимается от неизвестности. — Все будет хорошо. Иди отдыхай. На ночь к руке можно приложить лед, если будет сильно ныть.

Он уходит, и я снова остаюсь одна со своими цифрами. Способ. Какой способ? У меня в голове созрел только один, отчаянный и рискованный план. Он связан с той самой картиной. С моей работой. С тем единственным, что у меня есть по-настоящему ценным, кроме детей. Завтра мне предстоит сложный разговор. Но иного выхода я не вижу. Пора перестать быть просто реставратором. Пора стать стратегом.

Оля

Я стою перед зеркалом в прихожей, поправляя воротник блузки. Сегодня не просто рабочий день. Сегодня меня ждет целая миссия. Я смотрю на свое отражение. Деловой костюм, аккуратный хвост, минимум макияжа. Нужно выглядеть уверенно. Не как просительница, а как профессионал, который пришел решить деловой вопрос.

Беру с собой планшет, на который сфотографировала все этапы работы над портретом, и кейс с инструментами для солидности. Уезжаю из дома рано, пока дети еще спят.

“Атриум” снова встречает меня своим холодным блеском. Но сегодня я еду не в пентхаус. Сегодня я еду в офисный центр в соседнем здании, где располагается головной офис Андрея Петровича. Лобби здесь не менее внушительное. Высокие потолки, зеркальные лифты, тихий гул деловой активности.

Нахожу нужный этаж. Дверь с табличкой. Открываю. За приемной стойкой сидит молодая женщина с безупречным макияжем и внимательным взглядом.

— Доброе утро. Чем могу помочь?

— Доброе утро. Мне нужна встреча с Андреем Петровичем. Я Волкова Ольга Сергеевна. Его реставратор.

Она почти незаметно хмурит бровь, пальцы пробегают по планшету с расписанием.

— Вы не записывались?

— Нет. Это внеплановая встреча.

— Простите, но, к сожалению, у Андрея Петровича сегодня довольно плотный график.

— Но это срочно и касается его личного заказа. Реставрации картины в пентхаусе. Если он откажет во встрече, я уйду. Но, пожалуйста, передайте ему, что речь идет о работе над “Портретом молодой женщины”.

Девушка смотрит на меня, оценивая. И видит, не истеричку, а собранную женщину с профессиональным кейсом.

— Одну минуту, — говорит она и поднимает трубку внутреннего телефона. Говорит тихо, отворачиваясь. Потом кладет трубку и с легким удивлением поворачивается ко мне. — Андрей Петрович может уделить вам пятнадцать минут. Проходите. Третий кабинет по коридору направо.

— Спасибо.

Сердце колотится, но шаги уверенные. Стучу в дверь из темного дерева.

— Войдите.

Кабинет просторный, но без вычурной роскоши. Большой стол, книжные шкафы, панорамное окно. Андрей Петрович встает из-за стола. На нем дорогой, но неброский костюм. Его лицо внимательное, без улыбки, но и без недовольства.

— Ольга Сергеевна. Неожиданно видеть вас здесь. Надеюсь, с картиной все в порядке?

— Абсолютно, Андрей Петрович. Процесс идет строго по плану. Простите за вторжение, но мне нужно обсудить с вами небольшое изменение в условиях нашего договора.