— Малыш, его работа — чинить кости и определять, когда они срослись. Твоя работа — оседлать этого брыкучего ублюдка и показать, кто здесь босс. Твое запястье готово. Ты готов. — Конечно, другая моя половина прекрасно понимала, что Уокер нервничает до чертиков еще и потому, что на трибунах сидит Колтон, который впервые в жизни увидит выступление отца. Так что я озвучиваю и это: — Ты и так уже герой для нашего мальчика, малыш. Тебе нужно просто запрыгнуть в седло и кайфануть. — Уокер кивнул, наконец ловя нужный настрой. — Отлично. Помнишь, что я тебе говорил: этот жеребец всегда начинает брыкаться с правой стороны, будь готов сбалансировать корпусом влево.

— Понял.

Я изо всех сил борюсь с желанием поцеловать его. И не только потому, что его дело чертовски опасно и мне хочется целовать его при любой удобной возможности, пока он не улетел с бешеной лошади, а просто потому, что он сейчас выглядит невероятно сексуально. На нем сегодня абсолютно всё черное: и чапсы, и жилет, и ковбойская шляпа.

Он похож на какого-то темного, карающего деревенского ангела.

Но я не припадаю к его губам — это только собьет ему фокус, а мы и так уже достаточно отвлекали друг друга на аренах вроде этой.

Я кивнул ему в сторону дожидавшегося бронко:

— Иди порви их, скорострел.

Я взобрался на ограждение прямо перед загоном, обеспечив себе обзор в первом ряду, и замер в ожидании, пока Уокер даст сигнал. Стоило воротам распахнуться, как я мгновенно переключился в режим тренера. Его форма была безупречной — он двигался плавно, словно вода. Рука, державшая повод, сидела намертво, а свободная была поднята высоко в воздух, помогая держать баланс. Он мощно упирался левым бедром, в точности как я и наставлял, но я видел, что и правое бедро не ослабляло давления, удерживая его строго по центру, чтобы не терять драгоценные баллы.

Он был само совершенство.

И от этого зрелища у меня в джинсах уже было тесно до боли.

Да уж, сезон родео обещает быть долгим.

Когда спустя восемь положенных секунд загонщики обеспечили Уокеру безопасное приземление, он лихо перемахнул через ограждение, пока парни возвращались, чтобы ослабить паховый ремень на лошади и увести ее с арены.

Вот теперь я его поцеловал.

Обхватив его голову руками, я быстро впился в его губы, просто нуждаясь в том, чтобы почувствовать его вкус. Его пот остался на моих пальцах, когда я запустил их в его волосы. Я улыбнулся, ощущая, как его ладони легли мне на бедра.

— Это был просто идеальный, блять, заезд, малыш. С возвращением, — похвалил я.

— И тебя тоже. Знаю, ты сам не выступаешь, но такое чувство, будто это наше общее возвращение.

Следом за ним шел Джексон Уайт — действующий чемпион прошлого года. Честно говоря, я бы подошел пожать ему руку и пожелать удачи, но пока Уокер выступал, Уайт как раз устраивался в загоне, а в этот момент ничто в мире не могло оттащить мое внимание от моего парня на арене.

Уокер переключил внимание на заезд Джексона, а я был слишком занят тем, как сам Уокер лениво оперся предплечьями о верхнюю перекладину ограждения, небрежно поставив ковбойский сапог на одну из нижних планок. В такой позе его задница так аппетитно выпятилась, что я едва не кончил прямо в свои гребаные джинсы.

Заезд у Джексона вышел неплохим, но его жеребец отработал хуже, чем у Уокера, что гарантированно стоило ему баллов. Плюс в какой-то момент его шпоры на секунду потеряли контакт с боком лошади.

К счастью, на этом родео не было круговой системы, так что имя победителя мы должны были узнать буквально через пять секунд, когда судьи объявят результаты. Впрочем, шансов на то, что выиграл не Уокер, не было вообще.

И точно: оценка Джексона оказалась на целых два балла ниже, что сделало Уокера триумфатором его самого первого родео в сезоне.

Мы не знали, как отреагирует Джексон, поэтому были приятно удивлены, когда он подошел и дружески стукнул Уокера по плечу.

— Охрененный заезд, чувак. Рад, что ты вернулся. Без тебя я тут немного размяк, но уж поверь, больше я такого не допущу. — Повернувшись ко мне, он протянул руку для пожатия: — Если знаешь кого-нибудь, у кого мозги варят в этом деле хотя бы примерно как у тебя, сделай одолжение, отправь их ко мне, ладно? — Я кивнул, пожал его руку пару раз и отпустил. Джексон поправил шляпу, кивая нам: — Увидимся в Монтане.

— Буду ждать, — отозвался Уокер.

Комментатор вызвал Уокера обратно на арену, и тот попытался утащить меня за собой.

— Это твой момент, — сказал я, пытаясь отодрать его пальцы от своей футболки.

— Это наш момент, Феникс, — возразил он. — Меня бы здесь не было, если бы не ты.

Понимая, что он не сдвинется с места, пока я не пойду с ним, я сдался и перешагнул через калитку на арену.