Это не входило в мои планы. Совсем. Изначально всё было рассчитано на провокацию, месть, на то, чтобы увидеть его сломленным, уязвимым. Но сейчас… сейчас всё казалось иным. Более реальным, грубым и пугающе желанным.
Внутри меня зашевелился противный, но такой правдивый голос:
«Не лги себе, Ева. Ты обманываешь себя. Одного раза? Тебе точно будет достаточно одного раза? Не прикрывайся девичьим любопытством. Ты хочешь этого. Ты чертовски этого хочешь. Признай это себе и ему.»
Я закрыла глаза, глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь, охватившую всё тело. Нужно собраться. Нужно решить, что делать дальше. Это игра, да, но ставки внезапно возросли. И я уже не уверена, что контролирую ситуацию. Снова открыла глаза, глядя прямо в его потемневшие глаза.
— Я готова… — прошептала я. — Я хочу…
Он удивлённо приподнял бровь, и на его лице мелькнула тень сомнения. Но прежде, чем я успела понять, что происходит, он прикоснулся ко мне. Сначала мягко, невесомо погладил по щеке, большим пальцем очерчивая контур скулы. Потом его рука скользнула ниже, к шее, обжигая кожу своим прикосновением. На его губах заиграла соблазнительная, дьявольская улыбка.
Но тут его лицо изменилось. Улыбка исчезла, словно её и не было, сменившись яростью, бушующей в его глазах. В них сверкали молнии. Он отстранился от меня, словно обжёгся.
— Нет, — прорычал он сквозь зубы. — Я не готов.
Я не понимала, что происходит. Что изменилось? Почему он так резко передумал?
— Твой отец… мой брат… — Он замолчал, собираясь с мыслями. — Он перевернулся бы в гробу, узнав, что я творю с его дочерью. Так что нет. Этого не будет.
Он сделал шаг назад, отрезая меня от себя невидимым барьером.
— Ты наказана, — сухо констатировал он. — Никаких клубов, уроки, никаких парней.
Я почувствовала, как внутри меня поднимается волна возмущения. Как он смеет? Мало того, что он заставил меня почувствовать себя так… уязвимо, раскрыто, так он ещё и отталкивает меня, словно я какая-то заразная болезнь?!
А он, будто читая мои мысли, лишь усмехнулся.
— А теперь… — Он подошёл к ключнице, висевшей в холле, и забрал оттуда ключи... ключи от моей машины? Ещё и нагло, демонстративно помахав ими в воздухе. — На машине ты ездить больше не будешь. Теперь я лично буду отвозить тебя в университет, либо личный шофёр, и забирать… Ты под домашним арестом.
Он бросил на меня короткий, презрительный взгляд.
— А сейчас… я покидаю тебя. Мне нужно решить все рабочие вопросы со своими казино и клубами.
Он развернулся и направился к выходу, оставив меня стоять посреди холла, в полном смятении. Меня охватила ярость, обжигающая, всепоглощающая. Да как он смеет так поступать со мной?! Как он смеет сначала распалять во мне желание, а потом так демонстративно отвергать?! Как он смеет решать за меня, как мне жить?!
— Я ненавижу тебя! — прошипела я ему в спину, едва сдерживая слёзы. — Просто ненавижу!
Он остановился у самой двери, но не обернулся. Я видела, как напряглись его плечи. Потом он глубоко вздохнул, словно с облегчением.
— Ну наконец-то, — произнёс он тихо, но так, что я всё равно услышала. — Это то, что я хотел услышать, умница.
Дверь хлопнула, и я вздрогнула. Ненавижу этого напыщенного мужлана. Он точно знал, что красив, что привлекателен, и пользовался этим без зазрения совести… ненавижу этого самоуверенного подонка.
Я кинулась к окну чтобы в последний раз взглянуть на него, на его уезжающую машину. Мои глаза невольно прищурились, когда он, будто почувствовав мой пристальный взгляд, обернулся и одарил меня самодовольной, фирменной улыбкой, от которой женщины штабелями падали у его ног.
«Не дождёшься,» — пронеслось у меня в голове.
Я выставила ему в окно средний палец. Получай, засранец!
А он… расхохотался, громко, раскатисто, как будто я была какой-то комедийной актрисой на потеху публике. Я его смешу? Какого чёрта?
Продолжая улыбаться, он запрыгнул в свой новенький автомобиль и… уехал. Вот так просто, оставив меня наедине со своей яростью и… смятением.
Паника вихрем закружилась в моей голове. Так… что мне делать? Точно! Крис! Она – моя спасительница.
Я со всей скоростью понеслась на второй этаж прямиком в свою комнату и, найдя там телефон, лихорадочно набрала номер Крис. Гудки тянулись мучительно долго, словно испытывая моё терпение.
Наконец, после нескольких томительных гудков, она ответила, сонным голосом:
— Ева… господи… ты в такую рань звонишь, совсем что ли?! Хоть бы предупредила, что у тебя по расписанию утренний психоз!
— Крис, мне срочно нужна твоя помощь, — выпалила я, практически не переводя дыхание. — Приезжай ко мне, пожалуйста. Немедленно.
— Помощь? Во сколько я сегодня уснула? Часов в пять? А ты уже требуешь, чтобы я к тебе примчалась по первому зову? Чего стряслось-то? — в голосе Крис прорезались нотки любопытства. — Ну как, объездила уже своего дядюшку? Какого размера у него член?
Я простонала в трубку, закатив глаза: