Глубокие воды Страница 129 из 160
Скорость
7
Главы
Прологстр. 1Глава 1. Ева. Два года назадстр. 1Глава 2. Евастр. 3Глава 3. Евастр. 5Глава 4. Евастр. 7Глава 5. Евастр. 8Глава 6. Адамстр. 11Глава 7. Адамстр. 13Глава 8. Адамстр. 14Глава 9. Евастр. 16Глава 10. Евастр. 18Глава 11. Адамстр. 20Глава 12. Евастр. 22Глава 13. Адамстр. 24Глава 14. Адамстр. 26Глава 15. Евастр. 28Глава 16. Адамстр. 30Глава 17. Евастр. 32Глава 18. Ева. Настоящее времястр. 34Глава 19. Евастр. 36Глава 20. Евастр. 38Глава 21. Евастр. 40Глава 22. Евастр. 42Глава 23. Адамстр. 44Глава 24. Адамстр. 46Глава 25. Евастр. 48Глава 26. Евастр. 50Глава 27. Адамстр. 53Глава 28. Адамстр. 55Глава 29. Евастр. 58Глава 30. Евастр. 61Глава 31. Адамстр. 63Глава 32. Евастр. 66Глава 33. Адамстр. 68Глава 34. Евастр. 71Глава 35. Евастр. 73Глава 36. Евастр. 75Глава 37. Адамстр. 77Глава 38. Адамстр. 79Глава 39. Евастр. 81Глава 40. Евастр. 84Глава 41. Евастр. 86Глава 42. Евастр. 89Глава 43. Евастр. 91Глава 44. Адамстр. 94Глава 45. Адамстр. 96Глава 46. Адамстр. 99Глава 47. Евастр. 102Глава 48. Евастр. 105Глава 49. Евастр. 107Глава 50. Евастр. 110Глава 51. Евастр. 113Глава 52. Адамстр. 116Глава 53. Адамстр. 119Глава 54. Адамстр. 121Глава 55. Адамстр. 124Глава 56. Адамстр. 127Глава 57. Евастр. 131Глава 58. Евастр. 133Глава 59. Евастр. 137Глава 60. Евастр. 139Глава 61. Евастр. 142Глава 62. Адамстр. 144Глава 63. Адамстр. 146Глава 64. Адамстр. 149Глава 65. Адамстр. 152Эпилогстр. 156
0%
Страница 129 из 160

Ева сидела на краю какой-то кровати – простой, с помятым одеялом, – одетая в свободные джинсы и толстовку с зипкой, которая слегка расстёгнута на груди. Светлые волосы распущены, падают на плечи волнами, ноги поджаты, обхватывает их руками, словно защищаясь от мира. А в этих серых глазах – моих любимых серых глазах – горела ненависть. И страх. Ей было страшно, это было видно по тому, как она сжимала губы, по напряжённым плечам. Но она не сломлена. Ни капли. Я присмотрелся ближе: на её белом лице, чуть ниже скулы, краснело пятно от удара, уже наливающееся синюшным оттенком, как свежий синяк. Кто-то из них посмел поднять на неё руку.

Животная ярость вспыхнула во мне с новой силой, ослепляя, заставляя кулаки сжиматься. Захотелось найти их прямо сейчас и разорвать на части – голыми руками, медленно, чтобы они корчились в агонии. Уничтожить. Но я не мог. Ещё не знал, где она, куда её увезли.

Было рано их убивать, хотя каждая клетка тела кричала:

«Сейчас! Немедленно!»

Я глубоко вздохнул, заставляя себя успокоиться, и повернулся к Владу, протягивая телефон.

— Как видишь, — выдавил я, голос дрожит от еле сдерживаемой ярости. — Она держится. Но эти твари…

Влад взял телефон, всмотрелся в экран, и его лицо потемнело. Он кивнул, проводя пальцем по изображению, словно пытаясь стереть этот синяк.

— Вот оно, то самое. Удар, о котором говорила Катя. Прямо по лицу, сволочи. Она выглядит… крепкой, но чёрт, Адам, это же кошмар.

Я забрал телефон, уставившись на её фото ещё раз, и ярость смешалась с отчаянной нежностью. Она ждала меня. Держалась ради меня.

— Они заплатят за каждый её волосок, упавший с макушки, — прошептал я, сжимая челюсти. — За каждый синяк, за каждую слезу.

Мельком взглянул на часы, и увидел, что остался час до приезда этих отморозков. Ярость клокотала во мне, но я понимал, что должен держать себя в руках.

— Нужно быть готовым к чему угодно, Влад, — сказал я, выходя из машины. Ноги слегка подрагивали, но я заставил себя идти ровно. — Они играют с нами, и нам нужно сыграть в их игру.

Влад вздохнул и вышел следом.

— Знаю, знаю, герой. Но ты не переигрывай, ладно? А то я за тебя переживаю.

Он иронизировал, но в его глазах плескалась тревога. Я кивнул, не в силах выдавить из себя даже подобие улыбки.

Мы двинулись к входу в "Белый Тигр". Неоновые огни ослепляли, музыка била по перепонкам ещё на улице. У входа стояли два громилы из охраны, которых я знал лично. Они расплылись в фальшивых улыбках и пропустили меня без очереди.

— Добрый вечер, Адам Александрович. Рады видеть, — пробасил один из них.

Но тут, откуда ни возьмись, выскочил какой-то смазливый хлыщ в дорогом пиджаке и с прилизанными волосами.

— Эй, а чего это он без очереди? Я тут вообще-то давно стою! Или у нас для избранных вход?

Я скрипнул зубами. Сейчас здесь не хватало только этого…

Сзади послышался шёпот, непрошеный и назойливый. Посетители, наверняка знакомые, перешёптывались, и это чёртово внимание сейчас было совсем не к месту. Хотелось свернуться калачиком в собственном мирке, зарыться в кокон, чтобы ни одна живая душа не смела потревожить. А ещё лучше – запереться в этом коконе с Евой и послать к чёрту весь этот мир.

— Это же Адам… владелец клуба…

В моих жилах закипала кровь, но я медленно повернулся к выскочке, окинув его ледяным взглядом. Этого было достаточно.

Я повернулся к охране и коротко бросил:

— Этого – в чёрный список. Больше его сюда не пускать.

И, не дожидаясь ответа, резко развернулся и вошёл в клуб, петляя между столиками и танцующими людьми. Моя территория, где я был королём, сейчас, как никогда, казалась мне клеткой.

Влад поспешил за мной.

— Ну ты и зверь, — пробормотал он, стараясь разбавить обстановку. — Чувак, считай, легко отделался.

Я остановился, повернувшись к нему.

— Пусть спасибо скажет, что не убил. Сейчас у меня нет желания быть любезным. Только убивать.

Влад усмехнулся, но в его глазах читалась тревога.

Как раз перед тем, как спуститься по лестнице в свой кабинет, мне преградила путь Кристина. Твою мать, что им всем от меня нужно?!

Она, как всегда, была одета вызывающе: короткое платье с глубоким вырезом, высокие каблуки, тонна макияжа.

— Адам, дорогой, — промурлыкала она, виляя бёдрами. — Я тут хотела поговорить насчёт повышения зарплаты. Я же тут пашу за всех!

Она обвела рукой своё декольте, словно это было главным аргументом. У меня не было ни малейшего желания слушать её сейчас.

— Кристина, не сейчас. Не до тебя, — отрезал я, пытаясь обойти её.

Но она схватила меня за руку. Влад бросил на неё косой взгляд.

— Что с тобой? Ты такой напряжённый. Не хочешь немного расслабиться?

Неужели она всерьёз рассчитывает на что-то вроде... расслабиться?

Волна омерзения окатила меня с головы до ног. Кристина, конечно, была красива и доступна, но сейчас, когда я думал о Еве, все эти накрашенные куклы казались мне какими-то особенно… пластмассовыми.

Вспомнил, как нежно и сладко пахла моя девочка, какой дурманящий, сводящий с ума вкус был у неё.

Сожрал бы её. Снова и снова.