Дракон же изрек мудрость, с которой я тут же согласилась:

— Альфа, предлагаю перебраться в другое место. Здесь много посторонних, а вопрос крайне серьезный.

— Надеюсь, что мой кабинет всех устроит, — тут же сказал глава клана.

Все приняли предложение Тихомира перейти в его кабинет. Разумеется, что слуг это не касалось.

Садовник снова собрался катить кресло Эмилии, но глава клана легким движением подхватил на руки супругу. Женщина вскрикнула от боли, что по-хорошему просто не могло быть!

— Тихомир, посади меня обратно. — сквозь зубы прошипела волчица.

— Ясна, что это?! — побелевший альфа на просьбу жены не откликнулся, а вот на меня посмотрел с такой беспомощностью, словно и не подозревал, будто его неловкие прикосновения вызовут у супруги боль.

Я была готова лично дать подзатыльник Вуку, а заодно огреть его какой-нибудь кочергой. Метлой!

— Альфа, несите свою жену в спальню, я посмотрю там.

Ясна Синицына

Оказалось, что организм Эмилии не выдержал нагрузок, и внешне крепкая оборотница сидела прямо во время разговора исключительно на упрямстве. Сейчас же пришлось влить в нее несколько своих укрепляющих средств, после чего страдалице стало значительно лучше.

А вот мужчины поступили так, как посчитали нужным. Оставили нас и ушли. Сбежали в кабинет под предлогом, что вопрос крайне важный и не требует отлагательств. С десяток слуг остались караулить, а не понадобится ли чего госпоже ведьме.

Отказываться я не стала, но дверь перед любопытными носами прикрыла. А едва мы остались с Эмилией вдвоем, как она поинтересовалась:

— Ясна, на что намекал Вук?

— Ерунда, — отмахнулась я.

Передо мной стоял выбор — запросить ли принести две чашки сладкого чая с чем-нибудь вкусным или прямо сейчас приступить к работе.

— Ясна, я понимаю, что это ответ на хамство Вука, — не унималась болезная.

Любопытство светилось в глазах женщины, и я решила, что нет смысла молчать. Его стыд, не мой. Опять же, пусть семейство знает, чем я отомстила их родственнику, и что все обратимо.

— Он несостоятелен как мужчина до тех пор, пока не исправит устроенные безобразия.

— О! — В глазах Эмилии отразилось уважение. — Какая изысканная месть!

— Всего лишь защита своих интересов, — немного смутилась я, но тут же скомандовала: — Эмилия, нам нужна твердая поверхность. Ложитесь на ковер на полу, на стол, где угодно, лишь бы это не было мягкой периной.

— Зачем? — Глаза женщины округлились.

— Вам нужен массаж.

К сожалению, последствия годового сидения в кресле оказались непростыми, но разве я была готова сдаться? Мои заговоренные настойки — отличная помощь, однако они не всегда способ излечения. Травки-травками, однако, требовалось серьезно размять потерявший гибкость позвоночник и суставы. И при этом тут проще было навредить, чем помочь.

Вошедшая на наш призыв служанка расстелила на полу на ковре пушистое покрывало, на которое и легла Эмилия.

— Я могу помять, если надо, — предложила услужливая женщина и продемонстрировала сильные руки.

— Лучше принесите нам с вашей хозяйкой две чашки горячего чая и чего-нибудь съестного к нему, — скомандовала я.

— Рулет мясной подойдет?

— Вполне, — отозвалась я и установила ширму, чтобы всякий входящий стоял за ней. – А как вернетесь, сначала постучитесь.

Едва за служанкой прикрылась дверь, как я взялась за Эмилию: разогревала, гладила и мяла ее позвоночник, а так же суставы. Растирала кожу маслом и шептала успокаивающие заговоры, когда видела, что это необходимо. Массаж длился полтора, а то и два часа, после которых я наконец-то добралась до чая с обещанным угощением. Пришлось все подогревать с помощью магии.

— Ясна, скажите, а кто вас научил такому? — едва слышно произнесла Эмилия и сглотнула набежавшую слюну.

В ответ я довольно усмехнулась. Надо же, после всего пережитого оборотница еще и заснула с открытым ртом. Значит, массаж пошел на пользу.

Я помогла подняться Эми, затем вместе с ней взялась за перекус.

— Бабушка. Она у меня была мастерица на всякое. В академии наш факультет переплетался предметами с целителями, отсюда и схожие с ними умения.

— Только эти целители ничего не смогли, — помрачнела оборотница.

— Хотела бы я знать, чего ценного наболтал Вук, — сменила я тему.

— Тихомир вытрясет из него все, не беспокойтесь. Братец дурак, а в его возрасте это не лечится. Может, оставите его импотентом? Естественный отбор, как ни крути.

— Мое слово было дано, — напомнила я.

Все прочее дело инквизитора и клана, а еще я была уверена, что Вук имел сообщников.