И все из-за известия от родственников. Между строк в письме было написано, чтобы не возвращалась, а их слова о любящей семье всего лишь показуха. Напоминание, что они есть и не жаждут меня видеть.

Уверена, что если бы отец был дома, то мачеха не посмела бы это прислать. Хотя папаша-некромант, помешанный на карьере, никогда не проявлял ко мне горячих отеческих чувств. Он скорее был похож на ледяную глыбу, тяготеющую исключительно к работе. Думаю, что именно из-за титула графа и денег мачеха когда-то клюнула на рано овдовевшего мужика. Мы с ее дочерью были ровесницами, но дружбы между нами так и не случилось. Светлая упаси!

Я погасила спиртовку и взялась за ответ.

«Рада, что вы обо мне вспомнили. Желаю вам того же и побольше».

Подкинула бумагу и дунула на нее. Та сгорела в камине, и практически сразу словно эхо из трубы послышалась ругань мачехи и шипение ее дочери. Вот и замечательно. Насморк на вечер им обеспечен. А если бы не пакостили, то все бы обошлось.

Я подошла к окну и уставилась на улицу. Незнакомец уехал, но отчего-то я была уверена, что мне еще предстоит о нем услышать.

— Апчхи! — недовольно произнес кот.

— И не говори, — согласилась я.

Пришлось брать в руки веник и подметать. Можно было использовать магию, но из-за подпорченного настроения требовалось чем-нибудь отвлечься. Физическая работа в данном случае подходила больше всего.

Ясна Синицына, спустя два дня

— Госпожа ведьма, мне бы порошка от зубной боли, — попросила клиентка. — Вчера лекарь предложил выдрать и не мучиться, а я забоялась. В моем возрасте зубами не разбрасываются, а вот полечить бы чем, а?

— Откройте рот и задержите дыхание, — произнесла я, и женщина послушно выполнила мою просьбу.

С виду зуб и впрямь выглядел обыкновенно, но я ведь не лекарь, мои методы другие.

— Держите. — Я протянула несколько порошков. — Боль снимут, но зубному лекарю все равно покажитесь. Я слышала, что где-то у реки есть хороший специалист, прибыл к нам недавно. Возможно, цена у него пока еще небольшая.

— Узнаю сегодня же, — отозвалась клиентка.

Женщина расплатилась за порошки и вышла из моей лавки. Небольшой двухэтажный домик, в котором я торговала, служил также и жильем. На первом этаже располагались служебные помещения, а на втором спальня. Позади строения, как и у всех на этой улице, был небольшой огородик. Меня все вполне устраивало, и чтобы возвращаться к отцу и мачехе? Ну уж нет, незачем.

Сегодняшний день обещал быть ясным, и я решила, что никто не испортит мне настроение. Пусть только попробует!

И надо ж тому было случиться, что система дала сбой, или я где-то ошиблась. После обеда разгорелся скандал. В мою лавку ворвалась пышногрудая молочница и, наставив на меня мясистый палец, воскликнула:

— Ты!

— Что? — тихо поинтересовалась я.

В помещении присутствовали две бабули. Минуту назад они никак не могли определиться, какое слабительное лучше прикупить. А сейчас обе затихли, радостно поджидая скандал.

— Вы, — тут же исправилась молочница и сделала полшага назад.

Я закрыла справочник растений и уставилась на неприятную посетительницу. Даже стало любопытно, что у нее произошло и до какой степени человеческое хамство не знает тормозов. Может, ей пожелать чирей на пятой точке? Чтобы как присела, сразу про меня вспомнила, а ругать побоялась.

— Буду жаловаться инквизитору, вот! — завила нервная особа и выскочила из лавки.

Хотелось послать вслед молочнице что-нибудь злое, но пришлось ограничиться икотой, на большее эта женщина пока не заработала. Никто в здравом уме не сунется с претензиями к ведьме.

— Что у нее произошло? — обратилась я к старушкам.

Бабули хоть и выглядели одуванчиками, но новости наверняка уже знали.

— А непонятно, — покачала головой одна.

— Чего тут непонятного-то? — всплеснула руками вторая женщина. —У молочницы или муж запил, или надои упали, другого быть не должно. Склоняюсь к надоям, все же деньги. А мужик сегодня напился, завтра проспался. И все!

День получился очень активным, и постепенно этот инцидент заслонила рутина: покупатели, продажа товара. Ближе к обеду желудок уже не раз напомнил, что пора бы о нем позаботиться, и я решила, что время подкрепиться.

Взяла табличку с надписью «Перерыв 20 минут», выглянула в окно — никого. И со спокойной душой вместе с ней двинулась к выходу. Однако не успела даже прикоснуться к ручке, как дверь распахнулась, едва не ударив меня по пальцам. Висящий над входом колокольчик нервно звякнул, будто заранее сочувствуя мне.