Я огляделась по сторонам в надежде на появление Эдмунда — спокойного, рассудительного, способного найти выход из сложных ситуаций и, главное, намного лучше меня знающего реалии этого мира. Но тот как сквозь землю провалился. Точно специально оставил одну разбираться с проблемой!

Голова гудела от сидения над свитками и тонкого, почти визжащего голоска неизвестно откуда взявшейся сиротки, которая ни в какую не желала оставить меня в покое!

— Как хоть тебя зовут? — устало осведомилась я.

— Мария Аннабелла Ингерика Раун-Харн, — оттарабанила девчонка.

Не знаю, как сумела не заорать. Помолчала, мысленно досчитала до пяти и выдохнула:

— В жизни не повторю.

— Можешь называть меня просто Мария Аннабелла, — снисходительно разрешила собеседница.

— Просто Мария, значит.

— Мария Аннабелла! — На меня в очередной раз притопнули ногой, обутой в бархатную чёрную туфельку.

Я же начала терять терпение — и осознавать, что воспитание капризных детей однозначно не моё предназначение, как, судя по всему, и гостиничный бизнес.

— Не доросла ты ещё до Аннабеллы. Будешь Аней. У тебя что, совсем никаких родственников не осталось?

— Они наверняка есть, но я их не знаю. И не узнаю, если ты не отведёшь меня в лес! Хотя… есть ведь ещё один способ… — задумчиво изрекла новая знакомая.

— Кто же о тебе заботился после того, как не стало мамы? — задала я резонный вопрос.

— Друзья, соседи, знакомые, — туманно ответила Аня, пожимая плечиками. — Так что насчёт леса? Когда пойдём?

— Точно не сейчас. Скоро ужин, мне нужно на нём присутствовать. Я сейчас найду Эдмунда и распоряжусь, чтобы тебя покормили и устроили на ночлег.

— Но мне надо срочно!

— Один день погоды не сделает. К тому же я совсем недавно заведую гостиницей и ещё никого в лес не водила. Можем с тобой заблудиться и ничего и никого не найти. Кроме того сперва мне очень нужно решить другие задачи. Давай договоримся так: ты немножко подождёшь, а я поищу информацию про это твой путевик, — предложила я, стараясь успокоить девчонку, которая, похоже, не привыкла слышать «нет» от взрослых.

— Ладно, — вскинула на меня лукавый взгляд Аня. — Договорились. А с кем ты собираешься ужинать?

— С другими постояльцами, — ответила я, надеясь, что тех за то время, пока я сидела в кабинете, не прибавилось.

Эдмунд нашёлся почти сразу. Выдав ему инструкции, что делать с нашей самой юной гостьей, я отправилась в столовую. А по пути всё дивилась, насколько роскошным стал дом...

Он действительно превратился в фешенебельную гостиницу вроде тех, которые я видела в исторических фильмах и сериалах. Вот только, проходя по его коридорам, я поймала себя на мысли, что с куда большим удовольствием побыла бы здесь туристкой, а не администратором и не хозяйкой.

Забот меньше.

Но, увы, отказаться от этой участи я уже при всём желании не могла.

— У вас отменный аппетит, дорогуша, хоть он и не красит женщину.

Я подняла глаза на Приму Каризо, впервые за полчаса ужина подавшую голос — до того в основном вещали её «мальчики» и, разумеется, исключительно о её бесчисленных достоинствах. В какой-то момент я просто отключилась и перестала слушать, но наглая гостья сумела-таки вырвать меня из тягостных дум.

Я широко улыбнулась:

— Может, и не красит, зато превосходно поднимает настроение, а ведь от него так много всего зависит...

— Что, что зависит? — подпрыгнула на стуле Фарнелия Камрит, сменившая ядовито-розовое платье на другое, ещё более яркое и ещё более розовое, хотя казало бы, куда уж...

Её сестрица Фуртания тоже обошлась сменой фасона, но сохранила цветовую гамму. Теперь они обе восседали за малым обеденным столом по левую руку от меня, точно перезрелые пионы на грядке.

Ещё чуть дальше понуро ковырялся в тарелке Бойль, уже успевший разбить несколько бокалов, по другую сторону расположились три весёлых гуся, а Прима, объект их поклонения, предпочла занять место ровно напротив меня. И кто из нас в итоге сидел во главе стола, большой, большой вопрос...

— Настоящая актриса никогда не позволяет мимолётному настроению взять верх, — вскинула она подбородок. — Что бы ни творилось внутри, всегда нужно...

— Ну дак то актриса, а я всего лишь скромная хозяйка Сердца, — перебила я с ещё более сладкой улыбкой. — Мне положено не публику развлекать, а вести вас в Лес, а он знаете какой непредсказуемый? И как откликается на все эмоции хозяйки? К примеру, расстроите вы меня, потом попроситесь на тропу, а Лес почует мою обиду и заберёт обидчика. Кто будет виноват?

Ничего такого я про Лес не читала, но здраво рассудила, что всех его особенностей не знает никто, и, судя по побелевшим лицам присутствующих, попала в точку. Можно было смело нести вдохновенную чушь — ловить меня на лжи никто не станет.