Конечно, я видела, очень детально рассмотрела, когда он прижал меня на вечере. Только у меня нет выбора. Мир жесток, и никто не спрашивает моего мнения.

— Он поможет нам… — заставила себя проговорить то, что без устали твердит Флора. — У нас будут деньги.

— Но ты же его не любишь.

Не то что не люблю, я чувствую стойкое отвращение к этому человеку, возомнившему себя вершителем судеб, решившему, что все продается и покупается.

— Ты поступишь в пансионат, у тебя будет приданное, и тебе не придется выходить замуж за старика, — грустно улыбнулась ей, притягивая к себе, целуя ее русые волосы, внушая и себе, что это правильное решение. Хотя внутри все противилось.

— Это все из-за меня? — вдруг выскочила из моих объятий, ее большие глаза наполнились ужасом и осознанием. — Ами, это все из-за меня?! — повторила она вопрос, чуть ли не вскрикивая.

— Нет, — попыталась ее успокоить.

— Я не хочу, чтобы ты из-за меня страдала! Ты моя любимая сестра. Мне не нужна такая жертва. Обойдусь без пансионата.

— Нет, Лили, — я снова обняла ее, чувствуя, как по моим щекам текут слезы, наконец вырвавшиеся наружу. — Нет, милая. Твое обучение, твое будущее — это самое важное.

— Ты же сама меня всегда учила, что нельзя сдаваться. Ты что-нибудь обязательно придумаешь, как всегда это делала.

— Не в этот раз, милая.

— Ами, пожалуйста, если все дело во мне, то не надо за него выходить…

Но что мне тогда делать? Сбежать?

Но куда? В неизвестность? Обрекая себя на жизнь в постоянном страхе и скитаниях. Ведь пути назад уже не будет. Вернуться как ни в чем не бывало после такого не выйдет. Я опозорю имя. И Флора, даже будь у нее хоть капля жалости, никогда не простит такого удара. А Лили... что будет с Лили?

Но лучше жить в страхе, чем с этим человеком… Лили права: надо бороться!

Это была пытка за пыткой, изощренная и беспощадная. Ужасное, невероятно дорогое свадебное платье, в котором я чувствовала себя куклой на витрине. Эти постоянные циничные разговоры о супружеском долге и моем «правильном поведении» в постели. Но вечер, проведенный в доме Олдмана, стал той самой последней каплей.

Та комната... она стояла перед глазами, как кровавая пелена, стоило мне только закрыть веки.

Все в красном бархате, на стенах висели непристойные картины, а в стеклянных витринах лежали непонятные отталкивающие приспособления из кожи и металла и несколько хлыстов, аккуратно развешанных, как произведения искусства. А те слова, что он шептал мне на ухо, влажно дыша в шею, пока его рука скользила по моей талии...

Я БОЛЬШЕ НЕ МОГУ!

Олдман наслаждался моим ужасом, упивался своей абсолютной властью надо мной, видя, как я цепенею от отвращения. Он ломал меня, и ему это нравилось.

Я вернулась домой полностью опустошённая. Не думая, почти не осознавая своих действий, раскрыла настежь окно в своей комнате, подойдя к самому краю. Холодный воздух обжег лицо. Они довели меня до предела. Я держалась все эти дни только ради сестры, но теперь и этой хрупкой опоры казалось недостаточно.

— Мамочка, помоги... — прошептала солеными от слез губами, глядя в темноту. — Что мне делать?

Ветер, словно в ответ, резко ударил в лицо, и газета, лежавшая на столе, с шуршанием подлетела и упала на пол.

— Ты считаешь, что это верное решение? — приняла это за знак. Я уже сошла с ума, раз разговариваю сама с собой. Подняла газету с пола, прекрасно зная, что в ней увижу.

Объявление о помолвке с Олдманом красовалось жирным заголовком, даже слепой заметит!

Слепой… Взгляд соскользнул на соседнее объявление:

«Генерал Армор ищет исключительно помощника-мужчину. С проживанием в поместье, жалование по договоренности.»

— Исключительно мужчину… — прочла я вслух, и в голове что-то щелкнуло.

Мне нужно укрытие. Надежное и недосягаемое для Олдмана. Я не собиралась больше задерживаться в этом доме.

Надо бежать сейчас, под покровом ночи. Чтобы было время, прежде чем заметят мое исчезновение и отправятся на поиски.

За окном темно. Как же страшно решиться.

Мне никто не поможет. Или я сбегаю, или становлюсь игрушкой мерзкого старого извращенца.

Но что потом?

Лучше не думать, а действовать. Иначе точно передумаю.

Я снова посмотрела на объявление. «Вам нужен мужчина? — подумала я с горькой иронией. — Что ж, будет вам мужчина!»

Им и правда быть безопаснее. Никто не желает заглянуть под юбку, никто не заставляет быть покорной и выполнять просьбы мужа.

Мужчины — вот настоящее зло в этом мире. Артур — предатель и трус, Олдман — развратный старый негодяй. Генерал Армор тоже ужасный человек… Но с ним я буду в безопасности. Как девушка я его никогда не привлекала, да и к тому же ходили слухи, что после ранения ему стало не до женщин. Он ищет слугу, а не любовницу. Это как раз меня и устраивало. Там меня точно не будут искать!

Лучше быть одной…