— Да что с тобой, блять? Что с тобой, Олеся? Это же просто секс. Ты моя жена и я был очень терпеливым, пока ты болела! — его крик отскочил от панорамных окон и эхом пронесся по гостиной. — Я смирился с тем, что ты никогда не станешь мне партнером в фирме, где готовил для тебя место. Черт, даже у твоей рыжей подружки амбиций и смекалки оказалось больше! Но я полюбил тебя и выбрал тебя, а ты просто отказалась… соответствовать!

Руслан отошел на несколько шагов назад и я смогла поправить на себе одежду. Уродливая правда вырвалась наружу.

— Соответствовать? — переспросила я. — В этом моя вина? В том, что я не захотела строить карьеру как ты?

— Ты не просто не захотела, ты унизила меня, когда сообщила об этом на корпоративной вечеринки, где меня представили как нового старшего партнера фирмы. В тот день я хотел сказать, что мы можем работать вместе. В тот день меня посчитали неудачником, который не знает, что твориться у него в доме и не в состоянии держать свою жену под контролем, — зло выронил он, ударив кулаком по столу.

Я знала про какой день он говорит. Я помнила все, что было после него в мельчайших деталях, потому что с того дня начался обратный отсчет до операции.

— Тебе и без меня сделали отличный подарок на новый год, — выдохнула я, наконец-то справляясь с пуговицей на своих джинсах и отчасти с нервами. — Повышение — помнишь?

У Руслана был такой пунктик — успешность во всём. Это в общем-то неплохо для целеустремленных людей. Если работа, то в лучшей фирме, если одежда, то лучшая, которую можно купить на заработанные деньги, если жена… ну тут, казалось, он осознанно сделал исключение.

Я любила юриспруденцию, но едва ли могла стать акулой в суде и свои цели скорее обозначала как альтруистичные. И выбор практики у юриста по социальным семейным вопросам был совершенно осознанным. Поэтому я собиралась остаться там работать — мне это нравилось, приносило небольшой доход и чувство того, что я делаю что-то по-настоящему важное.

Не то, чтобы решать имущественные споры разводящихся олигархов и спортсменов — не важно. Клиентами Руслана были в основном мужчины. По большей части провинившиеся и пойманные на неверности. К Руслану они обращались с одной целью — защитить их от грабительского раздела имущества, и в этом мой муж был невероятно хорош. Он умел искать лазейки в брачных договорах и исковых заявлениях лучше всех, почти никогда не проигрывал и никогда не шел на мировую.

Кажется и со мной не пойдет.

Я прошла в гостиную и села на диван, проведя рукой по мягкой дорогой обивке. Мы выбирали его вместе, еще когда только планировали переезд в этот шикарный дом. Такой уютный и мягкий. Сколько раз мы занимались здесь любовью — я не могу сказать точно, но всё это стало далеким прошлым.

— Ты знал, что я не хочу работать в вашей фирме, — продолжила я, сложив руки на груди. — Я все еще не понимаю по какой причине ты оформил документы о приеме на работу, если мы об этом не говорили с тобой вообще.

— Потому что я тебя любил… — он выкрикнул и возвел руки к небу. Потом остановился и уставился на меня как на незнакомку. — И все еще люблю, но ты тоже должна сделать что-то, чтобы сохранить наш брак.

— Я ничего сохранять не хочу, Руслан.

— Это ты сейчас так думаешь, но давай представим, Лесь, — он присел рядом, а я попятилась назад, надеясь, что он поймет этот невербальный намек и останется на месте, — представим хоть на минуту, что ты сейчас встаешь и выходишь в эту дверь, — он выразительно показал в сторону выхода, — что ты будешь делать? Твои карты разблокируют, но на них копейки. Все имущество твоих родителей принадлежит мне. Владимир Маркович сбежал, оставив твоей матери и тебе многомиллионные долги не самым хорошим людям.

— Ты как будто наслаждаешься этим, — выплюнула я.

Он лишь улыбнулся, как-то совершенно отстраненно — просто растянул губы в оскал профессионального адвоката.

— Я говорю о том, что со мной твоя жизнь устроена.

Устроена по его образу и подобию. Стану манекеном — куклой, причем бракованной — с таким-то шрамом в половину туловища. Теперь мне на пляж не выйти без парео, прикрывающего тело от шеи и ниже. И только закрытые купальники.

У меня была хорошая фигура, мне не приходилось часами тренироваться, лишь поддерживать форму.

Раньше я бегала — в любое время года и почти в любую погоду. И в тот день, когда я не смогла преодолеть свой обычный маршрут — решила, что просто переутомилась. Через два дня — я не осилила и половины, а через неделю — километра.

Тогда я поняла, что что-то не так, но уже было поздно — процесс оказался необратимым.