— Сегодня я твоя фея-крёстная. Считай, что тебе повезло, детка!

Я закатываю глаза и негромко цокаю языком. А Рита тем временем семенит к другому отделу и возмущается, что я медленно плетусь и не поспеваю за ней.

Уж лучше бы я делала отчёт…

Через минут тридцать безрезультатных поисков Рита выскакивает из-за стойки с платьями и с криком «Эврика» подбегает ко мне.

— Оно твоё! Понимаешь? Твоё!

Я скептически гляжу на кусок алой тряпки, которую самое оно использовать на корриде*. Уже сбираюсь отказаться и сказать, что я лучше так… Но Рита хватает меня за руку и тащит в раздевалку.

— Давай, меряй! Оно прямо твоё! Руслан слюной захлебнётся!

Я пару секунд думаю, понимая, что она всё равно не отстанет, но сдаюсь, напоследок говоря, что это первое и последнее, больше ничего примерять не стану.

Едва я надеваю платье, все мысли путаются. Ткань начинает нежными прикосновениями струиться по телу, облегая его и подчёркивая каждый изгиб. Струями водопада края соскальзывают вниз, не доставая колен, но тем не менее длина не кажется вызывающей. Вырез декольте глубже, чем я обычно надеваю, существенно глубже, но я же не просто так решила выделиться. Бретельки тонкие, и сейчас лямки бюстгальтера портят вид, поэтому мне действительно придётся зайти в магазин нижнего белья за новым.

Я прикусываю губу и поворачиваюсь вокруг, чтобы посмотреть, как выглядит со спины: никаких лишних волн или складок… Всё просто идеально. Размер — мой. Фасон, видимо, тоже. А цвет… Красный, конечно, броский, но нельзя не отметить, какой сочный…

— Ну чё ты зависла там? — открывает шторку Рита и замирает.

— Ты секс ходячий, Полякова! Мне даже страшно, что ЗБ переключится на тебя, а не на меня… — хмурится она.

— Мне никто, кроме Руслана, не нужен. Ты же знаешь, — мечтательно произношу я и облизываю пересохшие губы.

— Тогда берём! Вот точно берём! Не сомневайся даже! Горячая-а-аа-а, — протягивает она, а я чувствую, как щёк касается румянец, обжигая их.

Оплатив моё платье, мы спешим в салон красоты, откуда Рите уже успели позвонить, чтобы уточнить — ждать её или нет. Мы перебегаем дорогу на пешеходном и как два загнанных кролика спешим к небольшому строению.

Заходим внутрь, и я чуть морщусь, слушая визгливые переливы колокольчиков над головой. Вот кто придумал их туда вешать? Раздражает же. И ладно когда приятная мелодия, а тут какое-то бренчание непонятное, словно посуда бьётся.

— Ма?лик, родной! Я тебе девочку привела! — подзывает к нам «чудо» в сиреневых обтягивающих брюках и яркой пятнистой рубахе Рита.

Он подходит к нам и несколько секунд разглядывает, его желваки часто дёргаются, выдавая напряженное размышление.

— Ритусик, киса, зачем ты привела мне эту серую мышь, — смотрит на меня стилист с таким недовольством, что я теряюсь и не знаю, что ответить. Теряюсь, потому что подобной наглости и пренебрежения уж точно не ожидала.

Здесь не царский дворец, в конце концов. Салон красоты по интерьеру едва дотягивает до троечки: небольшая стойка администратора, потёртый кожаный диванчик для ожидающих, семь рабочих мест, стоящих очень близко. Противные колокольчики над дверью… Больше походит на забегаловку.

— Самую настоящую мышь… — повторяет он. — Да у неё даже туфли из коллекции трёхлетней давности…

Стилист меня вот так прямо оскорбляет и кривится, словно я ему на все рецепторы кислотой брызгаю. Обидно становится, но ненадолго, потому что этот павлин, явно нетрадиционной ориентации, выглядит куда хуже любой серой мыши. Иссиня-чёрные волосы, зачёсанные назад и уложенные гелем; жирная чёрная подводка вокруг глаз; тоннели в обоих ушах; персиковая помада на губах… А наряд… Я, вообще, молчу.

— Малик, спокойно! Расслабься! Эта красотка твоя на пару часов. Я сегодня у Далиды сделаю всё, а ты займись ей. Сделай из неё бомбу, как ты умеешь, — обрывает его Рита.

— Из неё? За пару часов? — снова морщится он, обходит меня со спины и трогает за волосы. — Такие волосы… Такие данные… Как можно всё это запустить?

Я уже собираюсь топнуть ногой и обратить на себя внимание хоть как-то. Ну почему они ведут себя так, словно меня тут нет? Но вовремя спохватываюсь. Я не конфликтный человек. Даже такое пренебрежительное отношение можно проигнорировать. В конце концов, я уже привыкла, ведь ЗБ часто ведёт себя подобным образом — не замечает людей.

— Ладно. Садись в кресло, кисуля! Будем делать из тебя королеву бала, — потирает он руки, явно задумав что-то.

— Я, пожалуй, не буду… — произношу я, чуть морща лоб и глядя на него самого. Он из меня такую же «красоту» сделать хочет, как он?

— Полякова, ну ты совсем? Плюхайся в кресло! Малик профессионал своего дела! Он такое из тебя сотворит, Руслан всю ночь не отпустит! Давай уже.

Сам стилист избрал тактику молчания. Он сложил руки на груди и принялся наблюдать за нами, ожидая моего решения. Обиженного из себя строит?