— Простите, а в вашей аптечке презервативов пару штук случайно лишних не найдётся? А то… у нас там, в камбузе, кран подтекает, а чинить тут, сами понимаете, нечем… использовали давно… — ещё никогда не говорила настолько серьезно с «важными» людьми, как сейчас, тем более никогда не видела таких обозлённых недотраханных тётенек в форме. Кажется, шутки, она совсем не воспринимает… — Надо бы… изоляцию провести… к… крана… т-там…

Нервный смешок Марко прерывает мой недосказанный сарказм.

Ой, как всполошился, касатик!

— Извините её, она немного наглоталась солёной воды, чушь несёт, ха-ха, а так, в принципе, если не обращать внимания на справку от психиатра, вполне адекватная девушка. Алиса, — обращает на меня убийственный взгляд, давая понять, что мне кранты, — капитану необходимо измерить твоё давление, — едва ли не цедит подавляющим тоном.

— А затем и твоё… угу… — недовольно ворчу, переводя взгляд на его ширинку. Слава Богу там полный «штиль», иначе бы мы поменялись с капитаншей местами. И я бы точно протаранила его лодку носом военного катера за то, что обозвал меня психичкой!

Ха-ха! Я ревную! Серьёзно?

* * *

— Марк, всё обошлось, я жива-здорова! И я буду чувствовать себя намного лучше, если эта женщина закроет свой чемодан и позволит подписать нужные протоколы прямо сейчас, чтобы не тратить её и наше время. Долго нам ещё здесь торчать?

Соединив в тонкую линию свои розовые губки, капитан Перейра вытаскивает из папки документ, показательно присаживается за мой столик и, не совсем ровным в отличие от её спины почерком, заполняет нужные поля. Затем просит нас с Марко внести наши данные в отчёт и расписаться. После поспешной процедуры дама откланивается и уходит вместе с моим занудным шкипером к трапу.

Гррррррр! Наконец-то отстала, пиявка.

Встаю с диванчика, а взгляд так и тянется в их сторону.

— Черррт! — зажав ладони в кулаки, нервно встряхиваю руками. — В душ, затем накачу чего-нибудь успокоительного.

В каюте оказываюсь за считанные секунды, наскоро принимаю душ, оборачиваюсь в белое махровое полотенце и нахожу в холодильнике ещё одну бутылку «Шардоне».

— Чертов мажор! — гневно цежу, всё ещё злясь на него.

Открываю вино с первой попытки и, оперевшись попой об умывальник, прикладываюсь к ней, утоляя жажду и гася в себе вспышки то ли ревности, то ли ярости.

— Ты совсем дура? — гневный рык вынуждает поперхнуться и перевести взгляд на его владельца.

— А что такого? — хлопаю ресничками, а внутри киплю, хочу расцарапать его задницу до крови, чтобы не вертел ею перед всякими там капитаншами.

Через иллюминаторы замечаю, что яхта больше не стоит на месте, а плавно несётся по волнам вдоль скал.

— В нашей стране баб полицейских больше, чем мужчин этой же профессии, и они оторванные на всю голову. Захотела проблем? — плавным шагом начинает наступать на меня.

Делаю поспешных три глотка и отставляю бутылку в раковину, уж очень у Марко угрожающий вид.

— Не нужно было на неё пялится, кобель! — выкрикиваю, отступая к дверям спальни. Больше спрятаться негде, разве что спрыгнуть обратно в море, но обогнуть столик у меня точно не выйдет.

— Я пялился? — останавливается у раковины, хватает бутылку и делает несколько освежающих глотков. Возвращает тару обратно, как только я нащупываю ручку двери. — Даже не думай убегать, я всё равно тебя поймаю, паршивка…

— И..? — прищуриваюсь, проворачивая рычаг. Где-то же должна быть защёлка, и я её обязательно найду. — Измеришь давление, Марк?

— Пожалуй, эту возможность я предоставлю тебе. «Орально» — меня устроит для первого раза…

Глава 33. Противостояние

Алиса.

— Кобель! — вскрикиваю, как только Марк срывается с места и мчит в мою сторону. Ныряю в каюту и пытаюсь резко захлопнуть дверь, но где там! Этот черт, оказывается, проворнее меня! Просовывает плечо в щель и получает по заслугам.

— БЛЯТЬ!!! — громко рычит ушибленный.

Боже, я сошла с ума. Со всей силы угрела своего шкипера. Как он рулить будет?

— Пусть тебе капитанша отсасывает! — ревность так и бушует во мне, словно шторм в океане.

Черт… Когда я превратилась в безмозглую идиотку???

— З-заррраза!!! — шипит Марк, надавливая грудью на дверь. Отодвигает меня на несколько сантиметров, но я стараюсь упорно держать оборону. — Лис, я ж могу только навредить. Впусти. Отойди от двери, мать твою!

— Ни за что!

— Лис, в последний раз прошу, всё равно скручу и отфритюрю так, что ещё просить будешь.

С трудом сдерживаю нервный смешок. Он же может. Сейчас у него «кукушка» точно не на месте после случившегося.

— Марк, смотри, чтобы твой «ромштекс» случайно не подгорел до состояния угля от короткого замыкания!

Сопение в перемешку с тяжёлым дыханием прекращается, как и давление на разделяющую нас поверхность.