В письме должно быть что-то про поставки товаров — такие детали ей были не интересны. Но она знала, что на обдумывание понадобится время. И хотела задержаться здесь до вечера. Получить приглашение на ужин. Осмотреться. В конце концов это поместье скоро будет принадлежать ей.

Надо решить, что здесь изменить.

— Я дам вам ответ завтра, — кивнул лорд, — сегодня у меня много дел.

Ну что за непроходимый мужлан. Летиция была готова разорвать демонов свиток на мелкие кусочки.

— Я могу чем-то помочь? — Летиция бросила на него игривый взгляд.

— Нет, благодарю, — холодно, — я занят подготовкой своей свадьбы. Но буду рад вас видеть на церемонии. Я пришлю приглашение.

На мгновение девушку накрыла вспышка паники. За ней полыхнула ярость. И ревность!

Невеста? Кто это?! Когда?

Тут же Летиция одернула себя. Нельзя показывать чувства.

Девушка незаметно сжала левую руку в кулак. Ногти впились в ладонь до боли. С усилием Летиция вернула на лицо маску безмятежности.

Наверняка невеста — какая-то местная простушка. Пустая, неинтересная. Без вкуса и хороших манер. Она еще не знает, с кем ей придется соперничать.

— Буду рада познакомиться с вашей невестой, — расплылась Летиция в улыбке, — Она наверняка достойная девушка.

Познакомиться и подвинуть, — насмешливо добавила про себя да’ар Альморейн, расслабляя левую руку. — Прости, дорогуша, но этот лорд уже занят.

Из кабинета лорда она вышла как ни в чем ни бывало. Компаньонка поднялась с места:

— Идемте, леди?

— Нет, — Летиция бросила неприязненный взгляд на девушку. — Я тут еще не закончила.

И, не оборачиваясь, направилась вглубь поместья.

Элиана Тейрвелл

Иду дальше. Шепчу себе под нос: Тебя интересует только поместье. Поняла, Анна-Элиана? Раз лорд решил помочь, ни к чему отказываться. Только вот воображать себе какой он потрясающий мужчина — не надо.

И влюбляться — не надо.

Приглядись к поместью, засучи рукава и работай. Дел невпроворот. Некогда о лордах думать.

Набредаю на высохший фонтан.

Внутри горкой лежат сухие листья и грязь. На край чаши садиться небольшая птичка грязно-розового цвета. Поворачивает голову, глядя на меня то одним черным глазом, то другим. Затем резко взлетает.

Ощущение, что поместье тоже ко мне приглядывается.

Провожаю взглядом.

Иду дальше.

По пути нахожу несколько миндальных деревьев и фундук. Срываю его, чищу, жую. Нежный, сладковатый.

Останавливаюсь у особняка, под крышей небольшой террасы. Под ногами — пыль и мелкие осколки. Здесь стоит тяжелый, густой запах камня, который десятилетия грелся на открытом солнце.

По стенам и колоннам бегут трещины. За них цепляется настойчивый плющ. Вьется к крыше. Добавляет к запахам слабую цветочную ноту.

Иду дальше. В заросшем саду беспечно щебечут птицы.

За особняком нахожу оливковую рощу! Кривые приземистые деревца с серебристыми узкими листиками. Подхожу ближе. Оливки! Целый урожай.

Есть где развернуться.

Настроение поднимается.

За рощей — плато и небольшой обрыв. На горизонте — море! Сюда доносится слабый морской запах. Вдыхаю полной грудью. Внизу — рыбацкие деревеньки, городок. Крошечные черепичные крыши городских домов и тенистые улочки. Рынок, магазинчики, порт.

Обязательно притащу сюда деверянное кресло и буду смотреть на закат, — решаю я.

Возвращаюсь.

Теперь уже прямиком иду в дом. Преодолеваю каменные ступени, покрытые пятнами мха. Достаю латунный ключ.

Я нашла его в кармане платья, вместе с документами и справедливо решила, что он от моего поместья.

Ошиблась.

Ключ не подходит к замочной скважине. Несколько раз пытаюсь вставить — никак.

Раздосадованно дергаю ручку двери.

Неприятно, что вот так застряну и не смогу войти.

Открывается. Не заперто.

Ладно. Бросаю ключ в карман платья. Значит, он от чего-то еще.

Захожу в особняк.

Ожидаемый запах пыли, затхлости. Скрипучие полы, полутемные коридоры.

Ветхость и разруха.

Десять лет он стоит покинутым.

Я знаю, что отец Элианы нанимал управляющего. Но тот, похоже, работал спустя рукава.

Хорошо, отец верил работнику на слово. И не проверял. Но почему в поместье никто не приезжал, например, отдохнуть и сменить обстановку? Тогда Тейрвеллы сразу бы увидели, что здесь твориться.

Но Элиана приехала только после смерти отца. Насколько знаю, ее мать погибла задолго до этого. Элиана была еще крошкой. Воспитывали ее отец с бабушкой.

Мысленно возвращаюсь к моменту своего попадания в этот мир.

Из последних воспоминаний — приехала на дачу, полить цветы и накрыть брезентом грядки клубники, чтобы сорняками не зарастала. Вошла в дом, а под ногами треснула подгнившая доска.