— Тебя это не должно волновать, — неожиданно холодно отвечает Сайрах.

Это неприятно царапает меня. Не должно волновать, значит, да?

Некоторое время молчим. Я не уверена, что в таком случае хочу посвящать его в проблемы поместья. Сайрах тоже не торопит меня с разговорами. Но когда подают мидии, обжаренные на оливковом масле с чесноком, он все же спрашивает:

— Ты уже осмотрела поместье полностью? Знаешь направление, в котором будешь работать?

Я с треском открываю створку мидии.

— Да. У меня есть несколько идей, — сухо говорю я, сама пытаясь сосредоточиться на ужине.

Среди ракушек нет ни одной закрытой. Когда-то я слышала, что мидии, которые не раскрылись во время готовки, нужно выбрасывать. Интересно, а если мужчина не раскрывается во время брака — от него тоже нужно отказываться?

Наверное, стоит сделать именно так.

— Элиана, — зовет меня Сайрах. — Что-то произошло?

Я встаю перед сложным выбором. С одной стороны, он уже дважды сказал мне, что не хочет расспросов. С другой — я не готова к одностороннему общению. Я рассказываю ему о себе все, а он остается для меня загадочной ледяной статуей. Любуйся издалека, Анна, но близко не подходи.

Гордость и обида побеждают.

— У меня все отлично, — резко отвечаю я.

Несколько мгновений Сайрах с интересом разглядывает меня.

— Как я понимаю, дело в ревности? — неожиданно интересуется он.

— Нет, — снова резко отвечаю я. Теперь уже излишне резко. Опускаю глаза. Бесит. — Мне важно понимать, что тобой движет, чтобы… чтобы…

Я не знаю, как это объяснить. К тому же я и правда ревную. А признаваться не хочу.

— Да? — усмешка. — Тогда я расскажу.

Поднимаю на мужчину удивленный взгляд.

— Я привык, что женщин интересуют одни вещи, — разводит он руками. — А другие — не интересуют.

— О чем ты?

Сайрах молчит. Я тоже. Гипнотизируем друг друга несколько секунд.

— Твое поместье — лакомый кусочек, — вздохнув, начинает он. — А Дрейтон мне откровенно не нравится. У меня нет причин подозревать его, и всё же…

Он задумчиво барабанит пальцами по столу.

— С ним что-то не так, — заканчиваю за него я.

— Да, — кивает лорд.

— Поэтому ты хочешь жениться на мне?

— Это одна из причин, — уклончиво отвечает он. — Пока ты замужем, поместью ничего не угрожает.

— Да. Но ты не можешь жениться на каждой разорившейся владелице поместья, — качаю головой. Причина звучит неубедительно.

— Не могу, — усмехается Сайрах. — Но твое поместье — самое крупное. А еще я уверен, что у тебя получится его восстановить. Есть в тебе что-то… — он задумчиво оглядывает меня. — Что-то, что отличает тебя от остальных.

Я снова замечаю в его глазах тот странный огонек, и к щекам приливает волна жара. Резко опускаю глаза.

— Но это не единственная причина, — осторожно добавляю я.

— Не единственная, — соглашается Сайрах.

— Расскажешь?

— Со временем.

— Хорошо, — сдаюсь я. — Так что с поместьем? — снова спрашивает Сайрах.

Настойчивый. Упорный. Он всегда получает, что хочет, да?

— Не в этот раз, — отрезаю я.

Утром я снова отправляюсь в поместье. Еще в прошлый свой приезд я нахожу в кладовой бочки, содержимое которых мне неизвестно. Стучу по ним ногтем и прихожу к выводу, что внутри — жидкость. Бочки огромные. Поднять и потрясти их, чтобы понять, булькает там что-то или нет, я не могу.

Некоторое время я даже обнюхиваю их — в надежде уловить знакомые ароматы. Но пахнет только деревом. Радуюсь, что запаха плесени нет, и оставляю бочки в покое.

В этот же раз, когда приезжаю, обнаруживаю, что мои новые работники уже на месте. Отправляю женщин продолжать уборку, а мужчин прошу открыть одну из бочек.

— Там, скорее всего, оливки леди, — говорит высокий плечистый парень. Его зовут Харвен. — Нас еще в позапрошлом году нанимали на уборку урожая. Правда, бочек тогда собрали гораздо больше.

С подозрением он оглядывает остатки запасов.

— Наверное, их оставил господин Карольд, управляющий, — предполагает другой мужчина из деревни, по имени Элдрик.

Я мысленно пробегаю бумаги, найденные в кабинете. Ничего о продаже урожая там нет. Более того, я вообще не знала, что здесь собирался урожай в позапрошлом году. Из документов, которые попали мне в руки, выходило, что здесь ничего не делали много лет.

Задумчиво смотрю на своих новых работников. Значит, Далвин Карольд клал доходы себе в карман?

— Кстати, — говорю я, — я бы хотела поговорить с управляющим, — произношу я. — Не знаете, где его можно найти? — добавляю и пытливо смотрю на мужчин.