Я до сих пор помню наш разговор во время моей беременности. Помню чётко, что Марина его триггерит. Тогда он прямо сказал, что хочет, чтобы мы больше никогда не общались. Но не со всеми его желаниями я готова соглашаться.

Наливая кипяток в чашку, я уже представляю, как муж замечает белые босоножки в прихожей. Как сжимает пальцы в кулаки. Как вскипает.

Возникшая пауза тянется, искрится ожиданием и нарушается только гулением дочки.

Сердце замирает, когда Паша появляется на кухне, расстёгивает пуговицы на манжете и машинально закатывает рукава, открывая запястье с кожаным ремешком часов. Его взгляд скользит с Марины на меня. И в этот момент воздух сгущается, потому что дышать становится так же трудно, как если бы он превратился в войлок.

— Добрый вечер, — сухо выталкивает из себя приветствие.

В тишине я успеваю различить звук баскетбольного мяча на площадке, навязчивую автомобильную сигнализацию и мерное гудение холодильника, на которое обычно не обращаешь внимания.

— Привет, — сдержанно отвечаю. — Не думала, что ты вернёшься так рано.

— Получилось вырваться пораньше — совещание отменили, — Паша подходит к электрокачели и опускается на корточки. Теперь между ним и Мариной остаётся лишь пара сантиметров, и он, несомненно, может даже уловить аромат её духов. — Как прошёл день?

— Нормально. Мы вот встретили Марину. Она буквально сегодня вернулась из Парижа.

— Ясно.

Поздравлений с приездом не следует, и это вполне логично.

Паша наклоняется к дочке и отстегивает ремни. Выражение лица Алисы сменяется из умиротворённого в восторженное. Она расплывается в беззубой улыбке, сжимает ручки в кулачки и дёргает ножками от переполняющей радости, когда узнает папу.

— Дочка вылитая ты, — наконец подаёт голос Марина. — Я Ане уже говорила: прямо копия. Очаровательная девочка у вас получилась.

Я замечаю, как Паша весь собирается, прежде чем выдавить из себя «спасибо». Плечи передёргиваются, словно он пытается стряхнуть с себя тяжесть. Брови сдвигаются, а скулы напрягаются от стиснутых челюстей.

Даже спустя время, она всё ещё остаётся его триггером. Я понимаю это слишком отчётливо.

У него до сих пор есть к ней вопросы. Почему Марина его отшила. Почему так легко отказалась. Это всё ещё задевает что-то внутри. Самолюбие или гордость. Не знаю. Возможно, сильнее, чем ему хотелось бы, чтобы оставаться полностью равнодушным.

34

— Так с кем у тебя сегодня встреча в клубе? — уточняю, пододвигая к Марине дымящуюся чашку жасминового чая.

Паша уходит из кухни, чтобы искупать дочь. Присутствие обоих родителей теперь уже не обязательно. Мы научились справляться с Алисой по отдельности, и это больше не вызывает паники, как в первые недели после её рождения.

С уходом мужа напряжение не то, чтобы рассеивается, но заметно слабеет. Тяжелое давление превращается в тонкую невидимую вибрацию, которую я сильнее всего ощущаю кожей.

А что ощущает наша гостья — не знаю. По-моему, всё очевидно. Даже то, что после работы я не встретила мужа поцелуем, кричит о том, что в нашем браке больше формальности, чем чувств. Разве не так обычно поступают семейные пары?

Наверное. У меня нет опыта.

— Там будут все наши, — поясняет подруга, загибая пальцы. — Я напросилась в компанию Никиты, Миши и Семёна. Должен был быть и Антон, но теперь он крутит роман с твоей подругой-занудой, так что, насколько я поняла, стал тусить куда реже. Настоящий домашний котик.

— Они уже не просто крутят роман. Антон сделал Лике предложение.

— О, надо же, — присвистывает Марина. — Сколько всего интересного я, оказывается, пропустила. Что же. Буду наверстывать.

Я завариваю ещё чай и наполняю вазу печеньем. Одна тема тянет за собой другую, и разговор незаметно перетекает в новые подробности — её жизни, моей, наших общих знакомых и даже людей, которых я ни разу не видела. По видеосвязи всё звучит иначе, чем вживую. Более правдиво и насыщено.

В Париже подруга жила не одна.

Сначала её подбадривали и старались расположить к себе, а потом… Девушек, которых набрали в модельное агентство, поселили в общем доме. Далеко не самом роскошном. Им пришлось делить пространство, холодильник и ванную, из-за чего постоянно возникали споры. Тем более что между ними царила жёсткая конкуренция и не было никакой поддержки.

С тех пор как подруга встретила своего мужчину — бизнесмена в сфере финансов и инвестиций, её дни заполнились поездками и встречами на высоком уровне. Но, конечно, о том, о чём мы мечтали ещё год назад, прощаясь на вечеринке, речи не шло. Ни частных джетов, ни личного водителя. Подарков вроде недвижимости — и подавно. С арендой Филипп помогал, а как только нашёл более известную модель на роль любовницы, сразу снял с себя эту заботу.

В голосе Марины звучит разочарование — и в мужчинах, и в несбывшихся мечтах.