Ужинали мы в полной тишине. Я жевала еду и не чувствовала вкуса. Слишком много впечатлений для одного дня. Нужно сделать паузу. Побыть наедине с собой. Адам доел, поставил тарелку в раковину и вышел из дома. Я видела в окне, как он остановился на крыльце и закурил сигарету. Я встала следом, поставила тарелку в мойку. А потом решила вымыть посуду, раз мужчина готовил.

Я пошла в единственную спальню, которая была в доме, и легла на кровать. В голове была какая-то каша. Я подтянула к груди колени. На меня свалилось все, что произошло сегодня. Свое глупое поведение, гнев Адама, последствия своих поступков. Жизнь ничему меня не учит… Каждый раз я делаю что-то сумасшедшее. Потому что другие же могут, почему я не могу? Во мне всегда горел этот огонь. Я думала, что можно жить другой жизнью, быть беззаботной и просто веселиться. Но до меня только сейчас дошло, что я не могу этого делать. Я действительно подставляю многих. Моя секундная прихоть может стоить человеческой жизни. Моей жизни. Я не обычная восемнадцатилетняя девчонка и пора принять этот факт. Я никогда не смогу быть обычной. Мои друзья могли пострадать. Мне нужно прекратить общение с подругами для их же блага. От мысли, что я никогда больше с ними не встречусь, мне захотелось плакать. И я дала волю слезам. Я оплакивала все свои детские мечты и желания. Наверное, я должна была сделать это давным-давно, но именно слова и действия Адама выбили из меня всю дурь. Я уже не ребенок, а замужняя женщина. Меня даже замуж выдали без моего ведома, о чем я вообще думала, когда сбежала… Дура.

Я все еще всхлипывала, когда муж вернулся в комнату. От него пахло гелем для душа и сигаретами. Под весом Адама матрас прогнулся, и я замерла. Я не знала, что он будет делать дальше. Захочет ли снова заняться сексом? Я точно не хочу. У меня болит все тело, я еле хожу, не уверена, что выдержу еще один такой марафон. Я прислушивалась к каждому шороху, но Адам меня не трогал. Он слышал, что я плачу, и не пытался утешить. Это даже к лучшему, я сама хочу со всем разобраться.

Не знаю, сколько прошло времени, в комнате было темно. У меня затек бок, и я аккуратно перевернулась на другой. Глаза привыкли к темноте, я различила силуэт супруга. Сердце забилось чаще, как всегда происходит, когда он рядом. Я не могла поверить, что мы муж и жена. Я принадлежу ему, а он… Мне. Этот взрослый, сильный, грубый мужчина. Конечно, я вообще не таким представляла в детстве супруга. Что говорить, я с десяти лет представляла, что это будет Исхак, как только увидела его. Внутри что-то екнуло, когда его увидела. И мне больно, что у нас с ним не случилось наше «долго и счастливо». Я уверена, что мы были бы идеальной парой. Он всегда относился ко мне с таким трепетом и почтением. Он бы никогда не обидел и не довел до слез. И я бы, наверное, была бы счастлива. Потому что другого не знала бы. А сейчас… Когда Ибрагимов мне показал совсем другую сторону. Когда дотянулся до каждой клеточки души, заставил дышать собой, сделал зависимой… Я понимаю, что вся эта нежность не для меня. Я чувствовала бы себя пустой, словно чего-то не хватает. Я понимаю, что Адам не даст мне нужности и любви, я прекрасно это понимаю. Но наш брак… Он может быть настоящим. Я хочу попробовать. Он не изменится, не будет подстраиваться, но я смогу. Мне хочется, чтобы у нас все получилось. На равных.

Страшно.

Но стоит попробовать.

Утром Ибрагимов нещадно растолкал меня.

— Пора вставать, принцесса.

Я со стоном отвернулась и накрылась одеялом.

С меня сдернули одеяло и за щиколотку сдернули с кровати. Я взвизгнула и тут же раскрыла глаза.

— Давай, десять минут на сборы.

— Что?.. — я вообще не могла понять, что происходит.

— Дуй в ванную, одевайся и завтракать, — с этими словами Адам ушел.

Я села на постели и посмотрела на часы, шесть утра! Он, что, издевается⁈ Краем глаза заметила в углу сумку, ее точно здесь не было. Я встала и подошла к ней, внутри оказались мои вещи. Как? Две пары леггинсов, несколько футболок, нижнее белье, кроссовки, зубная щетка. Ничего не оставалось, как плестись в ванную.

Я надела леггинсы, короткий топ и кроссовки, волосы собрала в высокий хвост и вышла на кухню. Меня ждали бутерброды и кофе. Когда я появилась в дверях, Адам окинул меня таким горячим взглядом, что пришлось ноги свести вместе. Как мне нравятся эти его взгляды. Он показывает, что я желанная, и я откликаюсь.

Я села на стул и сделала глоток кофе.

— Куда мы едем? — спросила.

— Идем.

— Идем? — удивилась я.

— Да.

— Куда?

— Увидишь.

Я смотрела на Адама и не могла понять его настроение. Злиться ли он еще на меня?