– А-а-а, боже, Свя-я-т, – стон мой теряется в подушке.
Да я и сама теряюсь в ощущениях. Каждый мощный толчок приближает меня к звёздам. Вцепляюсь ногтями в простыни.
Да… Ещё немного… Ещё…
Наматывает на кулак мои волосы, выгибает ещё сильнее, пальцы резко сдавливают грудь, зажимают сосок, переходит в режим отбойного молотка.
– А-а-а!
Всё! Слетаю послушно с орбиты, теряюсь в пространстве, парю где-то в небесах…
Опадаю полуживая…Быстро дышу…
И Свят рядом. Сплетаемся влажными от испарины телами.
Я чувствую его сейчас очень близким. Ради таких моментов стоит жить…
– Люблю тебя, – шепчу ему в губы.
Замирает, поднимает моё лицо выше, находит взгляд.
– Повтори, – просит хрипло.
– Я тебя люблю, – говорю тихо, но чётко и уверенно.
– Наконец-то, – светятся его глаза. – Я уж думал, не дождусь.
Замирает на моих губах трепетным поцелуем. И вот теперь наступает время для нежности.
Ласкаемся, трёмся носами.
– На самом деле я хотела сказать ещё кое-что важное.
– Что же может быть ещё более важного? – смотрит с вопросом.
– Я хотела сказать – прости меня.
– За что? – хмурится.
– За всё. За мой эгоизм, за страхи, за ревность.
Он много раз просил прощения у меня. И я его простила. Теперь это уже не просто слова. Я так чувствую. Я отпустила обиды и позволила себе смотреть вперёд.
Но моя вина в нашем разладе была огромна. А я этих слов так и не произнесла. И чтобы окончательно закрыть дверь в прошлое, я решила это проговорить.
– Маш…
– Нет! Мне важно это сказать. И знать, простил ли ты меня?
– Давно. И знаешь…, – произносит с хитрой улыбкой, – когда Богданчик подрастёт, я был бы не против сходить ещё за одним. Только под наблюдением врачей, конечно.
На душе становится ещё более светло. Свят не зря сказал именно так. Он помнит, что беременность была и осталась для нас камнем преткновения.
И раз сейчас он принял для себя такую возможность, значит, тоже смог отпустить свои страхи.
Состояние моё в последние месяцы улучшилось, приступы не посещают. Психолог говорит, что здесь свою роль сыграла психомиметика. Неумение сбрасывать негативные эмоции влияло на моё сердце.
Мне сложно верить в эти тонкие материи, но по факту они работают. А это главное.
И теперь мы оба допускаем возможность ещё одной моей беременности. Нет, мы не собираемся спешить, Богданчик пока слишком маленький и отбирает все наши силы.
Но я всегда хотела много детей. А значит, через несколько лет мы вполне можем задуматься о ещё одном ребёнке.
– Малышка, ты счастлива? – спрашивает муж.
И я уверенно и не задумываясь отвечаю.
– Да!
Глава 51.
А уж как я счастлив! – хочется заорать мне.
Машка дозрела. Сказала то, что я давно читаю в её глазах.
Теперь шаг за мной.
Я дал себе слово, что дождусь, а потом…
– Маша, нам нужно шампанское! Срочно.
– Зачем? – хмурится. – Нет, я и сама хотела заказать. Не успела просто.
– Скоро узнаешь. Беги в душ, я пока сделаю заказ.
Маша встаёт, пытается поправить остатки кружевной красоты на теле. Смущается.
– Отвернись, – бросает мне.
– Не-а! – пожираю её жадным взглядом.
После родов фигурка у моей жены немного округлилась и стала ещё аппетитнее. И выпускать её из постели теперь совсем не хочется. Но вечер ещё не окончен.
А предвкушение – лучшая приправа к сексу.
– Чулочки оставь, – прошу я.
– Я подумаю, – кокетливо опускает ресницы, убегает в ванную.
Ла-а-адно.
Делаю заказ и пока дожидаюсь его, достаю из кармана маленькую коробочку.
Надеюсь, Маша поймёт всё и согласится. Для меня это важно…
Да, я тоже учусь не быть параноиком насчёт её самочувствия. Я понял важную вещь: мы не в силах влиять на многие вещи. Нам остаётся только жить и принимать судьбу. А судьба – это Бог. И я хочу получить божественную защиту для нашего брака.
Приносят заказ, разливаю ледяное шампанское в два бокала и иду к жене.
Ванная заполнена паром и ароматом жасмина. О… Джакузи и пена! Это даже лучше, чем чулочки.
Но это чуть позже.
Подхожу к Манюне. Она отдыхает в тёплой воде, блаженно прикрыв глаза.
Пена скрывает от меня всю красоту женского тела, но в данный момент это даже хорошо. Мне нужно сосредоточиться.
– Маш, – оставляю лёгкий поцелуй на её плече.
– М-м-м, – лениво потягивается.
– Шампанское, – протягиваю бокал.