Галина не хотела обманывать Светлану и портить их с Дмитрием отношения. Она понимала, что действует опрометчиво и что Фадей наверняка разозлится, но не могла разрушить брак.

Женщина поспешно удалилась. Светлана даже не успела ее удержать. Она понимала, что Галина приходила не просто так, но не знала, получила ли та то, что хотела. На сердце снова стало неспокойно, дыхание сбилось.

Держась за сердце, Светлана стояла и рассматривала людей на улице сквозь витрину. В голове женщина прокручивала каждую сказанную фразу, думая, не сболтнула ли она лишнего. Но, казалось, что ничего особенного в их разговоре не было. И все же в душе таилось необъяснимое беспокойство.

Не прошло и года, как она вернулась в Россию, но уже столько всего произошло. Плохое, хорошее — все имело к ней непосредственное отношение, происходило максимально неожиданно и не поддавалось контролю.

Светлана закрыла глаза, стараясь успокоится. В тишине отчетливо слышался стук ее сердца. Внезапно спину женщины накрыла волна тепла. Она распахнула глаза и обернулась.

Внезапно спину Светы накрыла волна тепла. Она распахнула глаза и обернулась. Это лицо было хорошо ей знакомо. Он выглядел так, словно ничего не происходит, словно все хорошо.

Почему-то Светлане стало от этого неспокойно. Ощущения, словно в ее груди вырыли яму, и теперь она искала что-то, чем можно заполнить эту пустоту. Она повернулась и нырнула в мужские объятия. Руки Дмитрия обняли женщину за талию. Он опустил глаза и тихо спросил:

— Что случилось? – он чувствовал, что с ней сегодня что-то не так.

Светлана уткнулась лицом ему в грудь.

— Просто давай постоим так, и мне полегчает.

Ей просто нужно было время, чтобы привести мысли в порядок.

Дмитрий без лишних слов сжал ее в своих объятиях. Его широкие горячие ладони имели успокаивающий эффект. Мужчина погладил жену по спине, и она чуть расслабилась.

— Откуда ты здесь? – мягко спросила женщина, подняв голову.

Дмитрий поцеловал ее в лоб и убрал с него волосы.

— Дядя позвал меня на обед. Я решил позвать тебя с нами.

Ресницы Светланы задрожали. Я почувствовала, что что-то здесь не так. Галина сегодня приходила с таким же предложением, но зачем почему-то все отменила. Так это один и тот же обед или же разные?

— Тетя тебе звонила?

— Нет.

Дядя сам ему позвонил.

И тут Светлана поняла, почему Галина передумала. Наверняка за этим приглашением на обед стоял какой-то коварный план. Но если так, то на кого точит зуб Фадей Никонович? Явно не на Дмитрия, если его личность подтвердилась. Выходит…

До нее вдруг дошло, почему Галина подчеркнула статус Дмитрия и напомнила о положении Светланы. Еще и про Елизавету Родионовну упомянула. Неужели из-за этого Фадей Никонович ополчился против нее?

Да, теперь Светлана была почти уверена. Вероятно, Галина ушла, потому что пожалела о своем решении

Светлана заволновалась, не зная, как много известно Фадею. Визит Галины Петровны был то ли прикрытием, то ли угрозой. Вдруг мужчина уже знает, кто Дмитрий на самом деле?

Светлана продолжала гадать, понимая, что никто не даст ей ответов. Ее руки напряглись.

— Я не хочу идти. И ты не ходи. Поехали домой, а? – немного хрипло предложила женщина, и ее голос непроизвольно задрожал.

— Хорошо, — тут же согласился Дмитрий.

Его решительность и прямолинейность успокаивали Светлану. Тепло медленно разлилось по ее сердцу. Сейчас она чувствовала его заботу и внимание. Без лишних раздумий женщина зажала лицо Дмитрия в своих ладонях и спросила:

— Ты правда меня любишь? Не как мать твоих детей, а просто как женщину. Если бы не было Маши с Пашей, ты бы остался со мной?

Ее глаза заволокло пеленой. За двадцать с лишним лет она впервые спрашивает мужчину о таком. Было одновременно интересно и волнительно, ведь Светлана понимала, что сама без ума от этого мужчины. И теперь ей хотелось знать, как же он к ней относится на самом деле.

Когда-то Светлана прочитала в одной книге: «Чем больше заботишься, тем больше боишься потерять». Так ли это для нее? Почему Дмитрий молчит? Неужели он не любит ее?

Внезапно она запаниковала и принялась оправдываться:

— Д-да я это так…просто спросила…

— Не знаю, — прервал ее муж.

Его густые ресницы были слегка опущены, а на веки опустилась тень. Голос его был мягким и серьезным:

— Я не могу описать свои чувства. Просто хочу, чтобы ты была рядом, скучаю, когда мы не видимся.