Света осознала, что и в самом деле не учла эту вероятность. Она признавала, что поступает необдуманно, но в то же время хотела окончательно прояснить сомнения в своей голове. Да и не считала она Елизавету Родионовну за плохого человека.

– Ну, ты же меня защитишь, – она взяла его за руку, приблизившись и даже слегка облокотившись на него. Из-за такой внезапной инициативности со стороны жены Дмитрий на мгновение напрягся, вскоре, однако, вернув самообладание.

Она назвала ему причину, с которой он не мог не согласиться. Эта женщина была слишком упертой, поэтому у него оказывались связаны руки каждый раз, когда дело касалось её. Он не мог ругаться на неё, руку поднять, сказать что-то наперекор, только смириться и следовать за.

Дмитрий заключил её в объятия:

– Вот что мне с тобой делать?

Светлана устроилась поудобнее на его плече, бросив взгляд вдаль. Она хотела разобраться в прошлом Елизаветы Родионовны частично и из-за него тоже. Она почувствовала, как сильнее забилось сердце. Если этот мужчина не отец её детей, и дело не связано с ним, она не собиралась приносить себе лишних проблем.

Светлана протянула руки и обвила ими Дмитрия за талию:

– Я смогу защитить саму себя.

Дмитрий приобнял её за голову, след от поцелуя опалил её кожу на лбу.

– Я буду тебя ждать.

Женщина не хотела быть вдали от детей, поэтому согласно кивнула.

Дмитрий решил остаться с ней. Итон привёл с собой детей и своих парней. Стас и Кира вернулись в гостиницу, чтобы упаковать вещи.

За хижиной старика располагался ещё один дом, который он отдал им в пользование. Но с одним условием – им запрещено выходить на задний двор. Только он и Светлана могли там находиться

Только после того, как Светлана всё выучит, она сможет его покинуть. Это чем-то сильно напоминало современное закрытое обучение.

Сзади это была всё та же хижина, но вот внутри всё было обустроено вполне себе современно, имелось даже пару предметов в стиле хай-тек. Расставили аккуратно и организованно, а на поверхности не было и следа пыли. Одного взгляда достаточно, чтобы понять, что либо тут часто убираются, либо у этого места есть постоянные посетители.

Старик протянул ей блокнот:

– Мои записи. Прочти. Раньше занималась чем-то подобным?

Светлана протянула руку, забрав записную книжку и признавшись:

– Я никогда не прикасалась к оборудованию по производству ткани, но разбираюсь в разнообразных видах материи, знаю их основные характеристики и для пошива какой одежды подходит та или иная.

Старик кивнул, вроде как оставшись доволен её ответом. Лишь взглянув на вещи в этой комнате, он ощутил, как нахлынула меланхолия:

– Больше не видать солнечного света.

– Что? – ей было интересно, зачем Мастер вдруг так сказал, и как случилось, что эта технология производства столкнулась с таким кризисом. – Почему Вы не выходите отсю…

– Прочитай от корки до корки то, что я тебе дал. Завтра проверю, – прервал её старик, выйдя из помещения. Он явно не горел желанием обсуждать с ней эту тему.

Но Светлана не торопилась, она здесь только первый день. Женщина чувствовала, что постепенно, рано или поздно, она обязательно узнает всё, что хочет знать.

Дом на заднем дворе отличался от переднего здания, тут было несколько комнат. Помимо помещения с оборудованием здесь было ещё две маленькие комнаты, в которых стояло по кровати и столу, практически занимая собой всё пространство. В стояла такая тишина, что можно было прямо сейчас усесться и спокойно почитать.

Вот так Светлана и просидела целый день. Старик пару раз заходил проведать её и остался доволен её стоическим терпением. Вечером он приготовил поесть, пришёл и пригласил её на ужин.

Во дворике стоял круглый деревянный стол и две плетёные стулья.

На столе уже были расставлены два блюда – рыба и овощи с зеленью.

Светлана, проявив инициативу, вежливо подала старику вилку:

– Вот, держите.

Старик ответил улыбкой. Она впервые видела, чтобы Мастер улыбался, наконец, почувствовав атмосферу радушия между ними.

– Эту рыбешку я выловил в ручье, она чистая, не бойся, ешь, – старик положил кусок рыбы ей в тарелку, добавив. – Попробуй, скажешь, как на вкус.

Даже отец никогда не был к ней так добр. Она неожиданно для себя почувствовала, как запершило в горле. Опустив голову, Светлана запихнула кусок рыбы в рот. Поскольку он не использовал слишком много приправ, рыба почти полностью сохранила оригинальной вкус. Мясо было нежное, солоноватое, но при этом с необъяснимой сладостью. Очень необычный, уникальный вкус.