Уткин допрашивал его уже не в первый раз. Он посмотрел на Георгия.

— Похоже, он и правда не знает.

Такой трус давно бы раскололся.

— Не переживай, я не дам ей уехать из Белгорода.

Он отправил людей на автовокзал и на железнодорожные станции, как только она появится, они ее захватит.

Георгий молчал, пытаясь понять, куда могла отправиться Людмила. Она не местная, родных у нее тут нет, хорошие отношения разве что с Тихоным. Без помощи и поддержки ей не убежать, остается только затаиться.

— Подполковник Уткин, это от вашего подчиненного сбежал преступник, ответственность на Вас, — сказал Георгий.

Уткин понимал свою ошибку:

— Он понесет за это наказание, я с себе ответственности тоже не слагаю.

— Я вовсе не это имел в виду, я хотел сказать, что теперь мне нужно несколько ваших ребят, — он специально так выразился, хотя ему на самом деле были нужны люди.

— У Вас есть зацепки?

— У меня есть догадки, где она могла бы появиться, но людей недостаточно.

— Максимум могу Вам выделить троих.

Преступник сбежал, потому что это допустил его сотрудник, но вернуть преступника должен он, это его сфере ответственности, но, если ее найдет Георгий, получится, что он ему помог. Вот только людей особо не было, к тому же многие были заняты наблюдением на транспорте.

— Спасибо, подполковник Уткин.

Георгий обучил несколько хороших телохранителей, вместе с людьми Уткина будет десять человек, более-менее достаточно.

— Но сначала нам нужно обговорить условия: если вы ее найдете, вы не должны распоряжаться ей по своему усмотрению и обязаны вернуть нам, — Уткин был человеком дисциплины, нарушения закона были не приемлемы, поэтому он не мог позволить Георгию самоуправство, на это у него не было прав, а, если бы Георгий на это пошел, сам стал бы преступником

— Разумеется.

На самом деле, ее жизнь он гарантировать не может, если при поиске она не пойдет на сотрудничество и навредит сама себе, то его это не касается.

Оба были довольны результатами разговора. Георгий ушел, планируя поиски, а Уткин увез Панкова, решив, что от него сведений о Людмиле не добиться.

Сбежав из больницы, Людмила скрылась в районе на окраине, где было много не местных. Здесь было многолюдно, везде царил беспорядок. В этот раз сбежать было нелегко: от соблазнения Панкова и вступления с ним в связь до притворной беременности, она совратила его, потому что ей нужно было согласие отбывать наказание вне тьмы по причине болезни. Шаг за шагом она приводила свой план в действие.

Людмила не планировала побег так быстро, потому что пути к отступлению еще не были готовы, но тут нагрянула внезапная проверка, и сразу бы выяснилось, что она не беременна. К тому же за время пребывания в больнице она смогла обзавестись парой тысяч, сумма была не большая, но перекантоваться хватило бы.

В отеле она поселиться не могла, потому что у нее не было паспорта, поэтому она арендовала себе койко-место. Жилье было очень простым, но хотя бы крыша над головой была. Была кровать и настолько выцветшее одеяло, что его изначальный угадать было невозможно. Постояльцами здесь были одинокие мужчины. Хозяйка спокойно размахивала ключом в руке.

— Вещей никаких нет, что надо - купи сама.

— А сколько надо платить? — денежный вопрос сейчас особенно волновал Людмилу, потому что средства были ограничены, и тратить их надо было по расчету.

— Тысяча и двести в месяц.

Хозяйка была полноватой женщиной средних лет, на голове у нее была химия, на шее красовалась толстая золотая цепь, золото было и в ушах, и на руках, про таких говорят из грязи в князи.

— Дороговато для такого убожества, — Людмила пыталась сбить цену, потому что за это место, где можно было поставить только кровать и стул, 1200 рублей было слишком дорого.

— Одна тысяча, но больше не скину, – сказала хозяйка с некоторым раздражением.

Людмила достала шесть тысяч, которые у нее были, и, скрепя сердце, отдала одну купюру:

— Согласна.

Хозяйка взяла деньги:

— Убираешься сама.