Но в этот раз он обнажил свою душу перед ним:

— Я хочу с тобой кое о чем поговорить..

Изначально Тихон подумал, что ему следует скрыть факт побега Людмилы, но теперь, если он не расскажет другу, то тот без остановки будет думать о Марии. Так как рана на ноге еще не зажила, Тихон боялся, что он не сможет сразу приступить к поискам. Если он узнает о Людмиле, то, возможно и не захочет торопиться с поисками Марии.

Узнав, что он хочет смерти Людмилы, Тихону стало любопытно: почему вдруг? Но на данном этапе он не осмелится спросить.

Георгий вновь обрел самообладание и спросил:

— Что произошло?

— Это тут… Людмила сбежала.

— Что? — Георгий прищурился. — Кто ей помог? — в одиночку Людмила точно не смогла бы сбежать, ей явно кто-то помог, поэтому он не спросил «как».

— Кто-то из приближенных Уткина, что касается деталей, я еще не выяснил, займусь этим завтра.

— Я пойду с тобой.

Глаза Тихона расширились, прошло совсем немного времени после операции, ему нельзя ходить.

— Тебя надо посадить в кресло, — сказал Тихон после минутного молчания.

В другом конце мира, Мария не остановилась в гостинице.

Узнав, что Канья приемный ребенок Сунана, она не только изменила свое мнение о нем, но и посочувствовала девочке, которая была маленькой без родителей, зато ей повезло, что ее удочерила хорошая семья, иначе девочке было бы трудно выжить в этом мире.

Утром Сунан сказал, что отведет дочь на прогулку, но что-то пошло и не так, и он не смог ее взять. Соответственно, он не смог отвезти Марию в отель и ей пришлось остаться еще на день, чтобы помочь утешить Канью, так как он снова нарушил свое обещание.

Почему снова? Потому что это произошло не в первый раз.

Канья с книжкой в руках уютно устроилась крошечным клубочком на большом европейском диване. Ее голова поникла, она выглядела обиженной и несчастной.

Мария, прихрамывая, осторожно села на диван и некоторое время наблюдала за ней, поскольку Канья не произнесла ни слова и даже не подняла глаз. Мария зацепила пальцами кружево у нее на манжетах и слегка потянула:

— Канья.

— Не надо меня утешать, я в порядке, папа занят, я все понимаю, — она подняла голову и открыла глаза, ее длинные ресницы трепетали, прозрачные глазки были слегка водянистыми. Она говорила, что ей все равно, но в ее глазах явно читалось разочарование.

Мария на мгновение растрогалась и потянулась к девочке, чтобы заключить ее в объятия.

— Когда я поправлюсь, я отведу тебя куда захочешь, хорошо? — мягко уговаривала она девочку. — Я не могу пойти в парк развлечений, но, возможно, я научу тебя рисовать?

Канья моргнула, еще не совсем придя в себя, и спросила:

— Что интересного в рисовании?

— Ты любишь папу?.

— Конечно, — энергично кивнула Канья.

— Если ты нарисуешь и раскрасишь картину своими руками и подаришь ее папе, как думаешь, он будет счастлив?

Канья задумалась на мгновение, а затем неуверенно проговорила:

— Будет?

— Определенно! — Мария ответила ей с уверенностью

— Хорошо, — на мгновение замешкалась Канья.

Мария дала служанке деньги, чтобы та купила набор красок и кистей. Набросок карандашом явно не подойдет для того, чтобы вызвать интерес маленькой девочки, разноцветные краски вызовут больше желания попробовать.

У Марии болела нога, и она не могла играть с ней в подвижные игры, поэтому ей пришлось выбрать спокойный способ отвлечь ребенка, дать ей погрузиться в занятие и забыть о неприятностях.

Служанка принесла краски, затем девочки выбрали красивое место у реки и прихватили с собой еду.

— Зачем ты научилась рисовать? — Канья посмотрела на Марию.

Помогая служанке установить холст для рисования, она ответила:

— В детстве мне часто было скучно и неинтересно. Моя тетя рисовала, чтобы меня развлечь, когда проводила со мной время, затем и я заинтересовалась.

— Так и с нами случилось, — на лице Каньи появилась легкая улыбка.

— Да, — ответила Мария после небольшой паузы.

Подальше у реки буйно цвела плюмерия, ее лепестки были наполовину снежно-белыми, а на другую – бледно-желтыми, очень похоже на вареное яйцо в разрезе.

— Я хочу это нарисовать, — указала Канья на цветок.

— Звучит здорово, — Мария ласково погладила ее по голове.