— Я уже сказала, что очень ему признательна, поблагодарила за то, что он меня приютил, но на этом все. Все-таки мы не слишком близко знакомы, поэтому не должны вмешиваться в жизнь друг друга. Она отдавала себе отчет о своем положении и понимала, что должна держаться от Сунана на некотором расстоянии.

Расстроенная Канья села на траву:

— Ты очень черствая.

Мария промолчала. Она подобрала краску, взяла кисть и сказала как бы самой себе:

— Хотела бы я быть такой.

Черствая. Тогда ее нельзя было бы ранить, и она больше не вспоминала бы о Георгии.

В комнате.

Сунан был в своей обычной домашней одежде: белой льняной рубашке и просторных штанах, которые, однако, не могли скрыть изящества его тела. Увидев Луну, он удивился.

— Доброе утро, – ласково сказала она, подойдя к нему, — вот хотела с тобой вместе позавтракать.

— Приготовь побольше. — приказала Салли Луна. Она вела себя как у себя дома.

Сунан был завидным женихом для всего Таиланда. Женщин, которым он нравился, хватило бы для того, чтобы заполнить пару автобуса, но из-за его высокого статуса большинство не могло и мечтать, чтобы к нему приблизиться. Но Луна происходила из аристократического рода, она тоже была не простым человеком. Вообще говоря, они подходили друг другу. Вот только Сунану она не нравилась. Ему не просто не нравилась конкретно Луна, за его 29 лет никто не слышал, чтоб Сунан был близок или встречался хоть с какой-нибудь женщиной.

Многим людям не давал покоя вопрос о его сексуальной ориентации. Даже когда он удочерил Канью, кое у кого возникали вопросы о его мотивах. Конечно, это все обсуждалось за его спиной.

Луна любит таскаться за ним, поскольку у них было равное положение.

— Да, а кто та иностранка? Почему ты ее приютил? – Луна была настороже: Мария была привлекательной и не походила на девушку из обычной семьи. В такой роскошной обстановке она вела себя свободно и непринужденно. Ей встречалось множество людей, которые в своей жизни особо ничего не повидали, поэтому, попав в окружение роскошных вещей, начинали вести себя сконфуженно, а глаза их сверкали.

— Да я с ней не очень знаком, она живет напротив, я знаю ее родителей. Она повредила ногу, поэтому я ей оказал помощь, — прояснил все Сунан.

Он понял, о чем подумала Луна, и побоялся, что та станет досаждать Марии.

Услышав объяснение Сунана Луна улыбнулась:

— Ах вот оно что.

— Луна, у меня еще есть дела на сегодня, ты позавтракай и уходи домой. — Сунан развернулся и пошел в комнату, давая понять, что разговор окончен.

Но Луна подбежала к нему, схватила за руку и кокетливо сказала:

— Нет, я буду с тобой, куда бы ты не пошел.

— Ну ты ведь уже не маленькая, чем таскаться за мной, найди себе кого-нибудь и встречайся с ним.

— Я хочу встречаться с тобой.

— Но ты мне не нравишься, – прямо сказал ей Сунан, и это было уже не в первый раз, — ты зря теряешь время.

Луна все крепче вцеплялась в него и смотрела на него в упор:

— Ну а кто тебе нравится?

Луна думала, что она довольно симпатичная. Сунан посмотрел на нее: в целом она была ничего, только кожа темновата, но это незначительный недостаток, у них у всех такая кожа.

Она ему не нравилась совсем не поэтому. Он чувствовал, что в ней что-то не так..

— Только не говори мне, что тебе нравятся мужчины, — Луна уставилась не него, — я правда не понимаю, почему я тебе не нравлюсь. Я ведь не уродина, подхожу тебе по положению, наши родители дружили, мы могли бы быть прекрасной парой, почему же ты все время мне отказываешь?

Сунан беспомощно вздохнул: откуда берутся все эти совершенно неважные для любви причины? Если бы ему нравилась простая девушка, что с того?

— Возможно.

Луна уставилась на него и вдруг отступила на шаг назад:

— Возможно? Возможно что?

Глядя на ее испуганное выражение, он ответил:

— Возможно, мне нравятся мужчины.

Луна молчала. Для нее этот ответ прозвучал как гром среди ясного неба.

— Ну то есть все эти слухи верны? Тебе никогда и не нужна была женщина? — Луна сглатывала слюну.

Сунану не хотелось, чтобы она больше его донимала, при это нужно было сохранить свои уши. Он кивнул:

— Угу.

Луна несколько секунд простояла с вытаращенными глазами, как будто этот ответ ее потряс. Этот ответ был для нее нежелателен. Сначала она поверила: никогда рядом с ним не появлялась женщина, потому что он так заботился о собственном благе. Но он ей нравился.