– Ты пришёл к порогу моего дома, – напомнил ему. – И не безоружный с добрыми намерениями, а тайно, стремясь поймать врасплох и убить.

– Мне жаль, что ты так считаешь, – он сделал шаг ко мне, распахивая объятия. – Но я пришёл мириться, ведь этот дом – и мой тоже. Я многое сделал, чтобы он стал великим. Ты стал сильным, достойным альфой. Я горжусь таким сыном.

– А дочерью?

– Что? – чуть сбился он с пафоса.

– Дочерью ты бы гордился?

– Если бы у меня была дочь, то и ею бы я гордился, – не замер, не задумался, к чему такой вопрос.

Я шагнул к нему, смотря прямо в глаза, в которых разрасталось торжество. Он уже верил, что победил. Очередное прощение от сына, чтобы затаиться, а потом выйти на сцену со следующим планом, который наверняка выгорит.

А я просто свернул ему шею.

Громкий, почти оглушающий хруст, ударивший по нервам, как закономерный итог моего быстрого даже для оборотня движения. Я знал, что он не остановится, но не стал выяснять, что за подстава ждала меня в объятьях родного отца. Не сейчас, когда прямо за забором моего клана есть та, которую буду оберегать любой ценой. Мой сын родится в мире, где ему никто не угрожает. В абсолютной безопасности. И мне плевать, кого придётся убить ради этого.

– Зачистить здесь всё, – приказал, расслабляясь, и вновь перекинулся.

В паре километров есть прекрасное озеро, там можно смыть кровь, чтобы Ягодка случайно её не заметила, когда я вернусь домой, а потом обратно в клан. Как она без меня? Не обидел ли кто?

– Елисей Николаевич, – откашлялся Тас, привлекая моё внимание, – там некоторые даже в бой вступать не стали, сразу сдавались, как только нас видели. С ними что делать?

– Службе безопасности передай, опроси и… пусть живут, если не совершали ничего, что нарушает наши или человеческие законы.

– Думаю, нарушали, – прокомментировал Тас.

– Тогда судить по законам. А я к жене.

– Только вы там её не волнуйте, она же в положении.

Я даже обернулся, чтобы посмотреть на него. Ещё ни разу мне не указывали так явно, что я должен делать и как строить отношения со своей любимой женщиной. Покачал головой и отправился к озеру, смывать с себя кровь.

Марина

День прошёл как-то нервно, в хлопотах. Да, они в основном были приятными, но я всё равно переживала, потому что не знала, как ко мне отнесутся оборотни в этом клане. Всё-таки я человек, и даже больше – покушаюсь на свободу их вожака, а это мало кому может понравиться.

Но всё прошло на удивление гладко. Помощницей оказалась волчица лет сорока, довольно красивая и строгая, по крайней мере, на мои попытки улыбнуться и пошутить, отвечала холодным взглядом. Но стоило ей узнать, что я пара Лиса и жду ребёнка, как отношение ко мне сразу же изменилось. Она мне тут же запретила куда-либо ходить, усадила в зале на диване и начала объяснять, как у них всё устроено. В принципе, уклад ничем не отличался от остальных кланов, разве что за нарушение законов карали строже. А ещё для меня оказалось потрясением, когда я узнала, что в клане жило много человеческих женщин и даже пара мужчин, которых оборотни признали истинными. И к ним относились совершенно нормально, не притесняли, помогали, направляли, помогали в решении бытовых вопросов.

– А я?

– А тебе, Марина, – Алиса нахмурилась, – не стоит ни о чём волноваться. Елисей Николаевич не допустит даже косого взгляда в твою сторону. Да и из нас никто не осмелится тебе угрожать. Конечно, мелкие недоразумения возможны, но мы в первую очередь будем пытаться сами их сгладить.

– Почему?

– Потому что ты – истинная пара одного из сильнейших альф. И ты не просто пара, ты будущая мать его детей, ты уже носишь волчонка, а это говорит о многом.

– Вот этого-то я и не понимаю, – призналась тихо.

Мне всё казалось, что моя сказка закончится смехом волчицы и требованием убраться из клана. Умом понимаю, что так никто не сделает, а душа не на месте. Гормоны начали играть, что ли?