У чёрного входа действительно стояла машина, но ничего страшного я в ней не увидела, обычная белая легковушка.

– Привет, – молодой парень хмуро посмотрел на меня, открыл заднюю дверь. – На пол ложись, попытаемся быстро проехать, чтобы нас не заметили.

Я кивнула, втиснулась между сидений, сверху на меня кинули какое-то одеяло и поставили сумку – не тяжелую, но объёмную, так что меня и не видно было. Илья юркнул на перед, и машина тронулась.

– А ты куда собрался? – тихо спросил у него Роман. – Вылезай давай.

– К маме. Мне разрешили.

– Ага, врун, так я тебе и поверил. Но ладно, будешь моим алиби. Чёрт, только бы не запалили…

Я не дышала, сжалась вся, молясь Луне и всем, кому только можно. Но, видимо, сегодня меня никто не захотел услышать, потому что сквозь открытое окно донёсся злой окрик:

– Стой! Это что за машина? И кто в ней?

Марина

Сердце бешено колотилось от страха, что меня обнаружат. Не хочу к Николаю, хочу оказаться как можно дальше от оборотней, спрятаться, чтобы никто не смог меня найти. Я скучала по Лису, но он сам отказался от меня, не стал искать, значит, не так уж и важна человеческая девушка, как мне бы хотелось. И теперь лишь от моей везучести зависит, выживет ли мой малыш, увижу ли я, как он растёт.

И что мне теперь делать?

Голос приблизился, оборотень возмущался, требовал, чтобы Роман вылез из машины, говорил много, я не могла уследить за его словами, понимая лишь то, что он слишком близко. И это опасно.

– Эй ты, выходи! Вы мне тут заливали, что все в деревне, а этот тогда куда намылился?

– А это Ромка, он за продуктами в город поехал, – спокойно ответила баба Таня, и я сжалась ещё больше.

Она заступилась за меня, это точно. Значит, обо мне уже известно всем, о моей истории, о том, что глупая девка привела опасность прямо к их порогу. Но баб Таня знает, что делать, она хорошая. И все мои сумасшедшие мысли – это от отчаяния. Я смогу справиться с нервной дрожью и не выдать себя. Ради малыша – я смогу всё!

– Пусть выйдет из машины! – оборотень приблизился совсем близко и громко чихнул. – Что за дрянь? Твою мать! А кто это с ним?

– Как кто? – натурально удивилась баба Таня и подошла к машине. Я услышала её голос, в котором теперь сквозило настоящее негодование. – А ты, негодник, ты зачем в машину залез?

– Да мы с Ромкой в город скатаемся ненадолго, туда и обратно. Ну, пожалуйста-а-а, – просительно заканючил Илья.

Такой голос у него я никогда не слышала, мне он вообще показался довольно серьёзным парнем. Неужели такой хороший актёр?

– Ах, Илья…

– Выметайся! – у оборотня не выдержали нервы, он чихнул ещё раз. – Ну и вонь тут у вас. Вылезай, осмотрю тачку, и тогда езжайте хоть в город, хоть на тот свет.

– Добрый ты какой, – хмыкнул Рома. – Мне б за хлебушком, а остальное не имеет значения.

– Из машины!

– Вячеслав, что здесь происходит?

Я задрожала и стиснула зубы, чтобы не зареветь от страха.

Он здесь. Сам пришёл за мной. И от этого ужас разливается по крови, вымораживает все чувства кроме страха. Не пошевелиться, не оказать сопротивления, если он решит вытащить меня из машины силком. Я словно стала безвольной амёбой – делайте что хотите, не буду сопротивляться.

– Николай Кузьмич, тут машина с пацанами, нужно её осмотреть, – отчитался оборотень.

– Да? – лениво произнёс он. – Так осмотри… Что за вонь? Эй, баба… как там тебя… Что за вонь?

– Ничем не пахнет, – ответила баба Таня. – Разве что немного пахучка волчья рассыпалась. Она у нас тут везде, растёт как сорняк, боремся, выводим, а она всё прёт и прёт. Ох, даже не представляю, как с ней бороться, всё уже перепробовали. Надо бы попросить ещё какую отраву привезти из города, может, поможет…

– Заткнись, – произнёс Николай тихо.

Но замолчали все, кажется, даже мухи перестали жужжать, испугавшись ярости в его голосе.

– А, – баба Таня сглотнула, – чего теперь?