– Выйдешь за ворота, иди к южным воротам, там обычно собираются перевозчики. В куртку положу тебе небольшой запас монет, на дорогу хватит.

Страх за свою жизнь, заставлял меня внимательно слушать, что говорит няня. Её слова окрыляли и дарили уверенность. Вот только…

– Няня, а как же ты? Если они узнают, что ты мне помогла? Ведь перво-наперво подумают на тебя.

– У меня крепкие кости, а кожа от старости такая толстая, что я им не по зубам, - весело сказала Ивонна, коснувшись кончиком указательного пальца моего носа. – Пересидишь у тётки, а там, может, решишь куда дальше двинутся. Всё запомнила?

– Да.

Стоило няне уйти, как демоны, что ждали своего часа, приподнялись со дна моей души. Внутренности скрутило в тугой узел. Я росла в изоляции. А теперь должна была уехать не просто в соседний город, а на другой конец империи, в неизвестность. Вопросы обрушивались один за одним, с трудом заставила себя сконцентрироваться.

Присела на край кровати, вцепившись напряжёнными пальцами в колени.

Нет. Няня права.

Нельзя было здесь оставаться.

Что я теряла? Ничего!

В этом доме меня никто не держал. Все те годы, что я жила в семье дяди, ко мне относились, как к девке-чернавке, что носила золу каждое утро, местами даже хуже. Чернавка получала жалование, а я тычки и злобу. Если бы не Ивонна, мне было совсем туго.

Решительно встала с кровати, расстегнув платье на груди, стащила его через голову и бросила на кровать. Одела старое, но приличное платье, тёплые чулки. Пучок, из которого выбились пряди, разобрала и заплела косу.

Достала из шкафа большой платок и расстелила его на кровати. Туда положила самое необходимое: сменное бельё, ещё одно платье.

В полу у меня был небольшой тайник. Мы часто ездили с Жанетт на рынок. Кузина тратила баснословные деньги на ткани, и никогда не забирала сдачу. Это делала я, зная, что Элинор обязательно спросит. Жанетт на такое лишь фыркала и махала рукой в мою сторону.

Но иногда тётушка забывала, и деньги я забирала их. Немного, но вполне хватило бы на первое время, чтобы обосноваться.

Вся моя жизнь уместилась в небольшой узел. Привычно тронула кулон, что остался мне от матери и который я никогда не снимала, а потом выглянула в коридор.

Время стало вязким, будто я сама увязла в вязком сиропе. Ожидание убивало. Страх, что подгонял меня, уступил место неуверенности. Что, если у меня не получится? Что будет, если меня поймают?

Разрушающие мысли прервал шум внизу, а потом крики прислуги наполнили дом. Пора.

Оглянувшись на комнату, в которой я прожила столько лет, решительно вышла.

Тихо спустившись, прошмыгнула к вешалке. Голоса женщин перекрывали отчаянный стук моего сердца. Кто-то разлил огромную кастрюлю с похлёбкой на кухне. Улыбнулась, представив, как Ивонна это делает.

Накинула на голову платок, а потом надела куртку. В кармане уже лежало письмо и один золотой – настоящее сокровище.

Открыв дверь, я вышла на улицу и спешно покинула территорию дома.

Но куда идти к южным воротам?

Стоило мне сделать несколько шагов по улице, как солнце скрылось за рыхлой тёмно-синей тучей. Солнечный морозный день тут же окрасился в серые цвета.

Погода отразила моё настроение. От падения в бездну страха и неуверенности меня держали лишь слова няни Ивонны. Она осталась в доме дяди и будет держать ответ перед ними. Нельзя было её подвести.

Вспоминай, Анжелика!

И я вспомнила.

Медленные неуверенные шаги сменились бодрым шагом. Чем дальше я уходила от дома опекунов, тем легче мне становилось.

Потуже завязав платок, пошла по заснеженной улице.

Город, в котором я жила был небольшой.В поперечнике его можно было пройти за несколько часов. Но кроме центральной площади, где каждый день собирались торговцы, я нигде не бывала. Но про южные ворота слышала . Конечно, никаких ворот там не было, просто так называли выезд на центральный тракт, который вёл в сторону юга.

Дочь молочника, розовощёкая Анита, как-то поделилась со мной, что когда она выйдет замуж, она с мужем пойдёт к южным воротам и наймёт повозку, которая отвезёт их на море.

После её слов мне тоже захотелось хоть раз в жизни увидеть чудесное море.

Не знаю, сбылась ли мечта Аниты, но моя отчасти.

Жаль, что поводом послужило не счастливое замужество, а бегство.

Рынок всё же решила обогнуть. Меня там знали. А мне нельзя было привлекать к себе внимание.

Новость о том, что произошло в доме Легран, уже скорее всего облетела город, ко мне могут прицепиться с расспросами, а ещё хуже законники могут отвести к опекунам.