Судьба придумала для меня новую игру. Но отчего каждый раз она так старалась, чтобы я проиграла?

Столкнув меня сначала с Лазаром, а теперь и с этим напыщенным представителем дома фениксов.

Но ведь и я была его частью? Стала! И от меня будет так легко избавиться?

Повертела головой и взяла со стола стакан с водой. В горле стоял сухой ком, и нужно было его протолкнуть.

Сделала пару торопливых глотков.

Блуор улыбнулся и потрепал меня по щеке, так, словно я была комнатной собачкой. А потом, не говоря ни слова, покинул палатку.

Запустив пальцы в волосы, коснулась лбом коленей.

Я лишь слабая девушка, в мире, где правят мужчины. Моё слово не имеет веса.

Девушки в моём возрасте мечтают о счастливом замужестве, родить детишек и жить спокойную, уверенную жизнь.

А я...

Я просто хотела выжить. Не сойти с ума от силы, коей была одарена. Отделаться от проклятой сделки с Лазаром.

Просто быть с тем, кто стал так дорог.

Сердце защемило. Как же я хотела оказаться рядом с Гором. Поддержать в тяжёлый момент.

Сказать правильные слова.

Найти способ освободить его от проклятья.

Когда солнце поднялось высоко, мне принесли обед. Простая солдатская еда.

Уплетая кашу, я на миг представила, что Его Сиятельству тоже приходится есть это. Или нет? Может быть, ему готовит личный повар. Изысканные блюда на изысканной посуде.

Чуть не поперхнулась от смеха. Зря я так.

Ивонна говорила, что смех, в тяжёлые минуты, не к добру.

Знала бы, что в ту минуту окажусь права, как никогда, заткнулась.

Сразу после обеда в палатку зашёл один из наёмников и сообщил, что транспорт подан.

Отряхнув подол платья, вышла на улицу и замерла. Исполинских размеров чёрная карета, запряжённая шестью такими же чёрными жеребцами, с лоснящейся на солнце шерстью, заставили меня замереть.

— Прошу, госпожа.

Передо мной открылась дверь. Чёрное нутро кареты напугало, но выбора у меня не было. Мне нужно было попасть в столицу. Во что бы то ни стало. Даже если сами демоны понесут меня.

Забравшись на внезапно, удобное сидение стиснула зубы. Блуор вышел лишь на мгновение. Он отдал письмо вознице.

— Отдашь Ма-ару, он знает, что делать.

Отдав приказ, обратился ко мне.

— Хорошей дороги, увидимся в столице! И без глупостей, Анж.

Под мои широко раскрытые глаза дверь кареты захлопнулась, и как бы я её больше ни дёргала, она не поддалась.

Вероятно, дверь закрыли снаружи.

Карета начала движение, сначала медленно, но постепенно набрала ход. Возница щёлкнул кнутом, раздалось лошадиное ржание. Через единственное окно я видела, как гарнизон остаётся позади, и лишь стремительно проносящиеся деревья стали моим единственным пейзажем.

Достала кулон и поцеловала. Я не знала, могу ли к ней обращаться, но отчего-то именно сегодня захотелось поговорить с матерью. К той, что никогда не видела и не знала.

Ты тоже от них сбежала? Да, мама. Но почему оставила меня? Почему не забрала меня с собой?

Убрав кулон, обняла себя руками. Я выживу. Обязательно выживу!

Несколько дней пути показались для меня настоящим испытанием.

Возницы сменялись, делая лишь кратковременные остановки на нужду.

Меня даже кормили через окошко, которое открывалось с их стороны.

В чёрном убранстве кареты, освещённой магическим светильником, я чувствовала себя малышкой, которая спряталась в шкафу, дабы переждать «бурю» в доме, вызванную разбитой вазой или просыпанной крупой.

Затаилась. Спряталась.

Но сколько бы напряжение ни стегало по нервам, рано или поздно организм успокоился. Приспособился.

Не зря старая няня говорила, что собака и к палке привыкает.

Так, странно, всё чаще я вспоминала простые деревенские мудрости и находила в них что-то особенное для себя, и в эти непростые мгновения жизни они успокаивали меня.

Мне ничего не оставалось, как ждать. Практиковаться в магии, в тесном пространстве я не могла, поэтому пыталась просто поговорить с фениксом, но он молчал.

Пейзажи сменяли друг друга, я периодически проваливалась в сонное состояние. Так было легче. Проще перенести тяготы пути.

Но когда под колёсами застучала брусчатка, а в окно заглянули высокие шпили, я поняла, насколько мне было спокойно в эти дни.

Впереди снова ждала неизвестность, но я была ближе к Гору.

Я надеялась, что смогу подать ему весточку. Да и он, скорее всего, ждёт, когда я прибуду. Я верила в это!