На горизонте со стороны города возник силуэт дракона. Я испуганно вскрикнула, тут же зажимая рот руками, будто он мог меня услышать.

Золотой дракон сиял в лучах полуденного солнца, споря с ним по яркости. Он летел прямо к нам, его разъярённый рёв разносился по равнине, будто громовые раскаты. С каждым мгновением он становился всё ближе и ближе, и мне казалось, что сам воздух вокруг нас нагревается. Еще неделю назад я бы и не подумала, что могу бояться собственного отца.

Дракон был огромен – каждый взмах крыльев казался способен сдуть целую деревню. От каждого его движения веяло угрозой, словно он стал самой природной стихией, уничтожающей все на своем пути.

– Прячься! – крикнул караванщик, торопливо стягивая меня с козел. Он быстро затолкал меня в телегу, накинув сверху ткань. Сердце у меня колотилось так, что казалось я умру. Из-под ткани были слышны только взмахи драконьих крыльев и мое шумное прерывистое дыхание. Я сжала запястье, проклиная татуировку обручения и молясь, чтобы магия шубы действовала.

Отчим приближался. Скоро его рев заполнил все вокруг. Секунда и внезапно стало темно. Это его огромные крылья заслонили солнце.

Земля завибрировала, воздух наполнился запахом серы и пепла. Я, кажется, и вовсе дышать перестала. Зажмурилась. Уши заложило, а затем шум от крыльев начал стихать. Снова появилось солнце. Я боялась пошевелиться, выглянуть.

– Вроде повезло, – караванщик похлопал меня по плечу через ткань.

Я осторожно выбралась из укрытия. Дракон постепенно удалялся. Он взмыл ещё выше, и его яростный рёв прозвучал снова, но теперь он был направлен к горам, к перевалу. Я присмотрелась, прикрывая глаза от солнца. Отчим направлялся к горному хребту.

–Не заметил, – радостно пискнула я, – магия работает!

– Тише ты, – рыкнул караванщик, – порадуешься, когда покинешь королевство.

И он оказался прав. Радоваться было рано. Золотая чешуя дракона блестела на фоне серого осеннего неба. Казалось, он улетит в небо, но едва дракон достиг перевала, как снова наполнил небо рёвом и выпустил в горы струю ослепительного пламени. Облака словно молнией разбило. Огонь врезался в скалы и осыпал их раскалёнными камнями.

Мы смотрели, замерев от ужаса: отчим извергал огонь на горные стены перевала, ударяя снова и снова, и от его чудовищной силы обрывались огромные валуны. Земля содрогалась, и величественные, казавшиеся нерушимыми вечные горы поддавались, откалываясь и осыпаясь вниз. Дракон, словно бешеный зверь, с неистовой яростью продолжал биться о скалы, обрушивая на них всю свою злобу до тех пор, пока внизу перевала не образовалась гигантская груда камней, полностью преграждающая единственный путь на другую сторону.

Мы так и замерли, боясь шевельнуться, и лишь когда грохот стих и дракон, испустив последний рёв, скрылся за горным хребтом, караванщик позволил себе выругаться. Я осторожно поднялась, глядя на горы.

– Нет… – прошептала я, едва сдерживая слёзы. Мой единственный шанс на побег был разрушен у меня на глазах.

Отчим и правда сошел с ума. Он никогда меня не отпустит. Я казалась себе такой слабой и крошечной по сравнению с мощью золотого дракона. И как только мне пришло в голову, что я могу сбежать?

– Укройте меня у себя, пожалуйста! – взмолилась я, смотря на караванщика.

На его побледневшем от страха лице не было никаких эмоций. Кажется, он напряженно думал.

– Меня же найдут сразу, вы сами говорили! Пожалуйста…

Караванщик резко шикнул на меня:

– Я думаю, не отвлекайте, – буркнул он, глядя куда-то вдаль.

Мне было очень страшно, вдруг он сейчас решит сдать меня отцу? Или высадит посередине дороги и добирайся как знаешь? Минуты тянулись бесконечно.

Наконец, приняв решение, караванщик натянул вожжи, и мы вновь двинулись в путь.