Ох. Что он говорит такое? Это звучит прямо-таки неприлично. Бедная Бренда, она бы в жизни не завела служебный роман. А из-за меня ее репутация вот-вот будет безнадежно испорчена.

Стараясь разговаривать с Матиасом только по необходимости, я умылась и собрала вещи. За завтраком мы столкнулись с семейством Рихтер, теперь в увеличенном составе. Лиз счастливо щебетала, с нежностью глядя на мужа. Какая приятная пара. И такая влюбленная. У меня на душе кошки лапками заскребли. Бренде Холмс близкие отношения не светят.

Обратная дорога в Зидаир показалась мне бесконечной. Из-за создавшейся неловкости и двусмысленности. Когда мы наконец прибыли на конечную остановку, я с облегчением попрощалась со всеми Рихтерами и Матиасом Колером, и нырнула во встречающий меня кабриолет.

— Вас домой везти или сразу на работу? — спросил водитель.

— Странный вопрос! Конечно, в управление! — сердито ответила я. Он молча кивнул.

В полицейский участок я ворвалась фурией, как и положено Бренде Холмс.

— Бренда! Мы все так рады вашему возращению! — попытался соврать мне Лафер чуть ли не с порога.

— Боберта вызвали? — спросила я таким тоном, что у Лафера чуть уши не обледенели.

— Уже ждет в третьей допросной! — ассистент вытянулся в струнку.

— Кофе. Мне и подозреваемому.

Я бросила чемодан в своем кабинете и направилась к Роберту Боберту. Как же мне хотелось, чтобы он был виновен. Но это очень непрофессионально.

Увидев меня, господин Боберт принял надутый вид, но получив из рук Лафера чашку кофе, подобрел.

— Мисс Холмс, мне конечно приятно тут бывать. Здесь очень печеньки вкусные. — неуверенно улыбаясь, сказал подозреваемый. — Но в последнее время я что-то очень сюда зачастил. А ездить далековато.

— Так в чем проблема? Оставайтесь! — я села напротив, внимательно посмотрела на Боберта. Он слегка побледнел под моим взглядом. — Я прямо сейчас готова предоставить вам отдельную камеру, если вы мне доходчиво не объясните, как купленная вами вещь оказалась на месте убийства.

— Купленная… вещь…

Он выглядел ошарашенным.

— Но какая?

— Антикварный флакончик из-под духов. Лежал прямо под лавкой, на которой нашли мертвого Хомера.

Я говорила жестко, не сглаживая определений. Никаких там «почивших» и «усопших». Все своими словами, чтобы выбить почву из-под ног возможного убийцы.

— Флакончик? — Боберт растерялся. — Но… я тут точно ни при чем.

— Да ладно? — я почти развеселилась. — Установлено абсолютно точно, что этот дорогостоящий сосуд был куплен вами в рассрочку в антикварной лавке. В давние, еще школьные времена. Когда вы ухаживали за вашей первой любовью.

Лицо Роберта стало печальным. Словно тень прошлого на нем промелькнула.

— Действительно. Я покупал этот флакон. Но не успел подарить его Элии. Я собирался его вручить на новый год. А заодно предложить встречаться. И когда я уже расплатился за эту вещицу, мы с Григом и решили, что не стоит жертвовать нашей дружбой. Я попытался вернуть флакон в магазин, но там мне отказали.

— Почему же?

— Нашли царапину на крышке, сказали что якобы ее не было. И предложили выкупить склянку за полцены. Я решил, что это грабительство.

— И что же было дальше?

Мне казалось очень важно проследить судьбу вещицы. Не зря же она связала нескольких подозреваемых сразу.

— Мы ходили в лавку сместе с Григом. Он сказал, что у его сестры скоро день рождения, и он никак не может найти подходящий подарок. Да и денег у него нет. А такой изящный флакон порадовал бы Анику. Тогда я предложил ему выменять у меня вещицу на что-нибудь. Просто так отдавать показалось странным.

— Он согласился? — я чувствовала себя гончей, что преследует дичь, постоянно меняющую направление движения.

— Да. У Григора была губная гармошка, на которой он даже играть не умел. Мне она очень нравилась. На этом и сговорились. А флакон ушел к Анике.

— А вдруг не к ней? — я испытующе посмотрела на Боберта.

— Почему же? — удивился он.

— Если Григор продолжал ухаживать за Элией за вашей спиной, он мог подарить эту склянку даме сердца.

Челюсть Роберта Боберта сначала отвисла, потом захлопнулась.

— Мне нужны контакты вашей Элии. Я должна ее допросить. Слишком много вопросов к этой славной девушке накопилось.

Стоило мне отпустить Боберта, как Лафер напомнил, что в одной из камер встречи со мной дожидается Жерардина Новес.

— Знаете Лафер, — поморщилась я, — устала так, что сил никаких. Пусть она еще до утра отдохнет. Сама же к нам сюда рвалась. А завтра я побеседую с ней. А после обеда хочу видеть госпожу Элию Симпсон, вот ее адрес. И сестру жертвы, Анику Шеллест. Надо выяснить, кому покойный подарил флакон.

Отправив на магический анализ презентации, написанные Хомером и Колером, сама я приняла решение поехать домой.