После стольких лет она пообщалась с первой любовью. Поняла, что время упущено и она прожила лучшие годы не так, как хотела. А виновен в этом гаденыш, его лучший друг. И флакон все же мог ей принадлежать, ведь если она и правда убила Хомера, разыграть удивление такой хладнокровной особе ничего не стоило. Надо взять Элию Симпсон в разработку.

Лафер положил мне на стол тоненькую папочку с отчетом о наблюдении за Жерардиной Новес. Точно, я же сама просила это сделать. На одном листочке лаконично указывалось, что до недавнего времени мисс Новес встречалась с неким Иром Ивансом. Коммивояжер, живет в другом городе, в Зидаире бывает наездами по рабочим делам. Женат. Их связь длилась около полугода и прервалась по инициативе Иванса. Кажется, супруга догадалась об измене. Гадкий тип, но вряд ли мог выступить пособником в убийстве. Записку о встрече в парке она, скорее всего, писала для него. Ир приходил под видом посетителя к ним в департамент. Запись о его посещении есть на вахте. И Новес таким образом назначила очередное свидание. Об их встречах особо не было известно и помощники детектива Холмс проявили высокий профессионализм, установив эти факты.

Еще один документ описывал передвижения Жерардины Новес в период, когда была подписана книга, которая неведомым образом оказалась у Хомера. Пособие о роли магических растений в обрядах и ритуалах, подаренное некоему «мужественному котику».

Как оказалось, в тот год Жерардина даже жила не в Зидаире. Она в тот период работала в выездном отделении министерства магии, на незначительной должности. И примерно в интересующее меня время у нее было аж два мероприятия, где она могла пересечься с «котиком». Конференция, посвященная активации артефактов и амулетов, а так же форум молодых специалистов.

Я велела Лаферу достать мне списки участников, и как раз в управление пришла сестра покойного, Аника Шеллест.

— Когда нам уже выдадут тело несчастного Грини? — накинулась она на меня с порога. — Его нужно проводить с почестями, достойными члена нашей семьи!

— Как только закончится расследование дела, покойник окажется в вашем полном распоряжении, — строго сказала я, — так что помогать мне в ваших интересах.

— Да ваше следствие топчется на одном месте! — рассердилась Аника. — Лучше бы отдали это дело Эдуарду Бивику. Говорят, он может за несколько часов справиться.

Я хмыкнула. То, что я успела узнать об этом интересном мужчине, позволяло представить, как именно он действует. Назначает удобного обвиняемого, и порой даже угадывает. Процент его неудач выше, чем у Бренды, но эта информация в массы не уходит.

— Что ж, я учту ваше пожелание. Но сначала скажите, чья это вещь?

Я сунула ей почти под нос флакон в прозрачном пакете.

— Ой! Вот он где, оказывается. А я его ищу.

— Ага, чудесно, — хищно улыбнулась я, — значит прямо сразу можно передавать дело Эдди. И сказать, что улика, найденная на месте убийства, принадлежит любящей сестре жертвы. Он это оценит.

— Ну зачем вы так! — растерянно залопотала Аника. — Я не хотела вас обидеть.

— Вы и не можете меня обидеть, госпожа Шеллест, — отрубила я, — мы с вами не задушевные подружки. Итак, рассказывайте всё, что вам известно об этой вещи.

— Этот флакончик был раньше с духами. Они правда, дешевенькие, разливные, но ведь это неважно. Мне братик подарил. Так трогательно было.

— На день рождения? — спросила я, вспомнив показания Боберта.

— Нет, позже. После своего выпускного в школе. Поэтому я и удивилась. Праздник у него, а подарок он мне приготовил.

Так, кажется я поняла. Григор собирался одарить Элию Симпсон, возможно после выпускного или на нем. Предложить встречаться или получить какие-то веские доказательства ее симпатии. Но не задалось и флакон перекочевал к сестре. Хомер и тут обманул своего несчастного товарища.

— И как вы объясните, что этот предмет был на месте преступления? — поинтересовалась я.

— Понятия не имею! — развела руками Аника. — Я не видела его уже давно. Он лежал на дальней полке, пустой же. Но вещь ценная, хотелось его использовать. Я недавно купила очень дорогое ароматическое масло, которое использую для изготовления мыла. И хотела перелить его в эту склянку. Но не нашла.

— Вы работаете на мыловаренном производстве? — удивилась я. — Это не указано в деле.

— Нет, это мое увлечение, для души, — улыбнулась Аника, — люблю разные парфюмерные композиции, средства для ванн. И закончила трехмесячные курсы, где меня научили делать мыло, выпаривать ароматические соли и даже готовить солевые шарики для ванн. Они так мило шипят, прежде чем раствориться. Когда я училась, извела кучу материала. Руис немного на меня поворчал за расточительство. Он пытается иногда быть экономным. Когда отвлекается от работы. Это редко случается.

— Понятно, — кивнула я, — значит, вы утверждаете, что давно не видели эту вещь?

— Именно так! — торжественно подтвердила Аника.

Больше я от нее ничего не добилась.