– Что-то мне не нравится, как теперь сидит на тебе это платье. Стало слишком обтягивать. Как-то вызывающе. Наверное, ты поправилась с выпускного, – придирчиво произносит она, пока я накидываю себе на плечи пальто. – Может, наденешь что-то другое? – предлагает задумчиво.

Непонимающе округляю глаза и даже осматриваю себя сама, опустив взгляд. Она серьезно?

– Что другое? Это единственное черное платье в моем гардеробе.

– Ань, оно сильно тебя обтягивает. Это действительно вызывающе. – Мама ставит руки в бока.

Под ее недовольным взглядом хочется скукожиться. Я в замешательстве поправляю на себе платье. Даже начинаю перебирать в голове, что еще есть в моем шкафу, но почти сразу понимаю: да какая вообще разница, как я буду выглядеть на этом весеннем балу? Кому я там нужна-то? Резко запахнув полы пальто, я забираю с тумбочки клатч и твердо заявляю:

– Извини, мам, некогда. Соня в такси ждет. А она уже раздраженно вздыхает:

– Только будь на связи. И прилично себя веди.

– Мам, – закатываю глаза. – Это «Студенческая весна». Там будет весь ректорат и даже губернатор.

– Тем более! – Мама целует меня в висок, а я наконец выхожу из квартиры и спешу в такси к Соньке.

* * *

– А у тебя попа, оказывается, прям такая… сочная, – вдруг говорит Соня, когда я снимаю с себя пальто и отдаю его гардеробщице.

Забрав у нее номерок, удивленно кошусь на Трофимову с распущенными по плечам локонами, в блестящем черном платье с рукавами-фонариками, струящемся до самого пола, а потом снова принимаюсь осматривать саму себя. Даже хмуро заглядываюсь на свою пятую точку и вспоминаю слова мамы.

– Думаешь, слишком вызывающе?

– Ты что? – восклицает Соня. – Наоборот, это классно. Правда, я бы еще какие-нибудь аксессуары надела. И макияж поярче.

Я отмахиваюсь от слов Трофимовой, а она тут же надувает накрашенные губы. Но нас обеих отвлекает звук фанфар, доносящийся из актового зала. Я, Соня и все те, кто еще толчется в вестибюле академии, одновременно поднимаем взгляды на огромные настенные часы.

– Черт! Уже четыре. Кураторша нас убьет, – сетует Сонька.

И мы без лишних разговоров, стуча каблуками, спешим по нарядно украшенным коридорам и лестницам академии в актовый зал.

На входе нас встречает металлоискатель и два охранника по обеим сторонам от него. Все серьезно. Меня и Соню отмечают по фамилиям и выдают одинаковые черные ажурные маски. Трофимова радуется, что они не уродливые, а я скептически верчу свою в руках. Ловлю себя на мысли, что вещица хоть и неплохая, но вот она точно выглядит вызывающе. Мама бы не одобрила. Но выбора нет. Таков сегодняшний дресс-код. Аккуратно надеваю на голову и опускаю ее себе на глаза, а Соня уже распахивает перед нами тяжелые шторы, закрывающие вход в актовый зал.

Очутившись там, первые секунды я даже не узнаю пространство. Ряды кресел убраны, с потолка свисают

блестящие нити и диско-шары, шторы на огромных окнах наглухо задернуты и украшены серебристыми гирляндами. Свет софитов приглушен, но весь актовый зал, заполненный студентами и преподавателями, как новогодняя елка: все мигает, светится и искрится. Вокруг шум, гам и громкая музыка.

Я теряюсь в этой какофонии мерцающего света и звука, а вот Сонька сразу подхватывает меня под руку и тащит вперед. Мы пробираемся куда-то через толпу студентов. Все одеты строго по дресс-коду: девушки в черных платьях, парни в костюмах с белой рубашкой. Но лица и тех и других тоже в масках.

Я словно в царстве клонов. Не могу зацепиться взглядом ни за кого, даже когда Соня подводит меня к нашей группе. Мои наряженные одногруппницы и одногруппники неузнаваемы. К своему удивлению, а потом и облегчению, не могу выловить взглядом ни Петрову, ни ее подружку. Если они забили на приказ ректора об обязательном присутствии на этом мероприятии, то это даже прекрасно.

Куратор в черном платье и такой же, что и у всех девушек, ажурной маске отмечает нас в своем списке и наказывает всем улыбаться и вести себя прилично, ведь на сцену выходит наш ректор. В зале мгновенно воцаряется тишина. Торжественная часть мероприятия началась. То ли мое внутреннее состояние тоски и апатии сказывается, то ли действительно все проходит скучно, но около получаса, не меньше, мы слушаем нудную речь ректора об истории нашей академии. Естественно, прерываясь на громкие аплодисменты.

Следом появляется губернатор, и опять идут долгие речи, поздравления, награждения студентов и преподавателей. А мои ноги совершенно отвыкли от каблуков. Я не выдерживаю. Как только начинается

концертная программа, шепчу Соне, что отойду ненадолго. Сама же встаю возле одной из стен. Прислоняюсь к ней спиной, стараясь хоть немного уменьшить напряжение в ногах. И, пока отдыхаю, скольжу взглядом по танцующей толпе. Во вспышках светомузыки и бликах диско-шаров вижу своих знакомых. Рано радовалась, оказывается!