Край его дрогнул, накренился – и плот почти мгновенно исчез под водой. Баязет скрипнул зубами… не видно! Ах, не видно ничего!
– Санджар!
– Химера пожрет их, великий!
– Ты уверен?
– Великий, я проводил опыты…
Баязет сдвинул брови, но спорить не стал.
– Что ж, Санджар. В этот раз ты оправдал мое доверие.
– Служить тебе – честь для меня, великий.
И низкий поклон.
Двое мужчин смотрели мечтательными взглядами на море. И не волновали их химеры, не трогали души крики гибнущих рабов.
Им обоим это было не важно.
Баязет уже чувствовал себя тором, уже примерял к голове корону.
Власть. Все во имя власти!
И кто сможет удачнее распорядиться ею, кто сможет править лучше его? Правильно, никто! На трон сядет достойнейший – он!
Санджар же…
В волнах он видел не гибнущих людей.
Была мечта и у Санджара.
Наука, чистое знание, во имя которого не жалко ни себя, ни других – никого не жалко! Только наука!
Только она…
Сейчас он один, почти один, и это так тяжело иногда, так сложно…
А когда Баязет сядет на трон, Санджар сможет просить его о милости. Создать академию наук!
И учить там только тех, кто достоин звания человека! Нет, не того безмозглого мяса, интересы которого не простираются дальше миски и кровати, а настоящих людей. Похожих на него самого – умных, настоящих, с пытливым рассудком…
Какое это будет счастье!
Два человека смотрели на воду, которая поглотила тела таких же людей, как и они. И оба искренне считали себя вправе распоряжаться чужими жизнями, чужими судьбами – во имя своей, разумеется, высшей цели.
Оба строили планы. Оба мечтали и высчитывали. Оба готовились нанести удар.
А в темноте своего храма, запрокинув голову, горько смеялась Аласта. У богини смерти своеобразное чувство юмора, и тем, кто ее развеселил, не позавидуешь.
Она предвкушала развлечение.
Пролог
Галина Гончарова Дракон цвета любви
© Гончарова Г.Д., текст, 2024
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024
Пролог
Санторин!
Великий и славный Санторин!
Изобильны его сады и плодородны поля, великолепны города и стремительны корабли, трудолюбивы крестьяне и прекрасны женщины.
Есть чем гордиться тору Санторина.
Но если спросить любого санторинца о том, чем славится его держава, он не скажет о пустыне, которая занимает чуть не половину страны.
Он не скажет о воде, которая, напевая веселые песенки, бежит в арыках, не произнесет ни слова о белых городах, вырастающих словно бы из местной земли. Белые города – и золотистые черепичные крыши…
Не скажет о женщинах и рабах, о животных и растениях, о миражах и песчаных бурях, о дворцах и храмах Сантора, которые в этой стране на каждом шагу…
Первое, что скажет любой санторинец о своей земле: мы гордимся своими воинами. Потому что каждый, живущий на земле Санторина, – воин.
Во имя Сантора воинственного, да будет остер его клинок.
Он скажет, какое большое войско у его страны, скажет, что каждый мужчина в свой третий день рождения получает в подарок щит, в седьмой – кинжал, а в десятый – меч. Скажет, что каждого ребенка в Санторине учат с трехлетнего возраста. Учат защищаться… если подарили щит – сумей отбить им летящий в тебя камень.
Учат нападать – если тебе подарили кинжал, знай, куда им ударить.
Учат воевать – только воинам позволены мечи.
А если начнут спрашивать дальше – расскажет и еще.
Что все мужчины Санторина делятся на воинов и крестьян.
На свободных и рабов… рабов, конечно, больше. Но это и понятно, кто-то же должен заботиться о людях, которые защищают свою страну? Ах, на Санторин давно никто не нападал?
Так потому и не нападал, что мы умеем защищаться.
Мы хорошо умеем защищаться… и иногда нападаем первыми. Но это только во имя защиты.
А рабы…
Если человек слаб и бессилен, если он не может отстоять свою свободу с клинком в руках, он ее не заслуживает. Сантор милостив и каждого награждает ношей по силам.
Если ты не можешь защитить себя – корми того, кто тебя защитит. Если ты не можешь распорядиться своей жизнью, не можешь ее отстоять – она будет принадлежать сильнейшему.
Это – закон Санторина.
Это его правда, вошедшая в плоть и кровь каждого человека.
И если их спросят – какая же тут справедливость и защита, когда хозяин имеет право сделать с рабом все, что ему захочется: продать, подарить, убить, запытать…
Любой санторинец только рассмеется в лицо глупого иноземца.
Это просто и понятно.
Если ты не можешь защитить себя – тебя все равно могут убить, запытать… и далее, что там еще бормочут эти смешные люди. Так какая разница, когда это произойдет?
Чуть раньше, немного позже?
Конец все равно один – смерть. Поэтому хозяин и волен в жизни и смерти раба.