Корабль равенцев, понимая, что пришла помощь, поступил правильно. А именно: развернулся – и принялся отходить. Бочком-бочком…

«Белый Лев»…

Надпись на борту мелькнула как-то мимо, но отпечаталась. Значит, Кайа права. А есть ли там ее брат, нет ли брата – второй вопрос.

– Жги паруса! – подала я команду Виоле. – И передай остальным, пусть работают по парусам! Бьют по мачтам!

Корабли пиратов веслами оборудованы не были. Только парусами. Вот если сжечь им на фиг такелаж, у них будут серьезные проблемы. Может, что-то и как-то они решат, но это будет сильно потом. Не то что корабль равенцев уйдет – лето пройти успеет.

Если бить по палубам, там пожар потушат. Есть на всех кораблях бочки с песком, им палубу засыпают при абордаже. Чтобы ноги в крови не скользили…

Если кого-то из пиратов обожжет – это ж твари! Плевать им на своих!

А вот если такелаж…

Виола вняла – и при следующей атаке снесла мачту.

И еще одну.

Паруса вспыхивали, пираты засуетились, заорали, несколько болтов пролетело очень близко… по счастью, меткими стрелками они не были. Да и разные это вещи: попасть в цель – и просто накрывать противника шквальным огнем, не давая подняться, высунуться из укрытий, атаковать…

– Ислу ранили ! – передала Виола. – Она отходит…

– Кайа?

– Цела.

Я оглядела пиратские корабли.

Хм-м…

Свисток прорезал шум боя. Драконицы, которые преотлично его слышали, принялись взлетать вверх. Воздух – он тоже не однородный, есть теплые и холодные слои, в каких-то драконам легче держаться, парить как птица…

Я оглядела поле боя.

Корабль равенцев решительно драпает к горизонту. И пусть его. Представляться и получать благодарность меня не тянет. Живы – и ладно.

Пираты… один корабль капитально выведен из строя. Из мачт осталась только одна, наверное, главная. Ее даже драконы свернуть не смогли. Но старались, вон, следы когтей. Это зря, конечно, но я их потом пропесочу.

Остальные мачты драконы снесли, паруса где порваны, где горят, такелаж так запутался, что макраме отдыхает.

Второй корабль еще хлеще. Там и главной мачты не осталось, ее просто вывернуло напрочь из крепления, и в палубе такая дырень…

Не затонет. Но и жизни не порадуется.

И такелаж горит… Вторым кораблем как раз Кайа занималась. Надо полагать, душу вложила. Где она, кстати?

Я огляделась. Ага.

Исла летит к берегу, ее поддерживают две безымянные драконицы. Да, у драконов и такое есть, оказывается. Как-то они собираются в ордер по трое, Исла переносит на них часть своего веса, и они вместе планируют.

– Мне кажется, им хватит?

Виола согласно наклонила голову.

– К берегу! – передала я по драконицам. И подумала, что так дело не пойдет. Надо рупор, корректировщика, сигналы…

Это сейчас у нас художественная самодеятельность, а если работать всерьез?

Вот эс Хавьер своих обормотов каждое утро на тренировку выводит – зачем?

Да именно за этим! Потому что нет громкоговорителя, нет координации, остается только нарабатывать слетанность. Собирать драконов в звенья и уже им ставить задачу. А как они ее решат…

Потому и потери, потому и раны…

А что можно с этим поделать?

Это математику я знаю хорошо. А на физику у нас хвостом махнули… драконьим. Рупор – ладно, но рупоры и здесь преотлично сделали, без меня. А громкоговоритель как сделать? Там же какие-то приборы нужны, катушка, магнит, стержень, что-то еще… [37]

Да я под расстрелом ничего такого не придумаю!

Связь на расстоянии?

Тоже нереально.

Драконицы могут общаться друг с другом, но как это реализовано в бою? У меня появляется прорва тем для разговора с эсом Хавьером.

Мы медленно планировали к берегу.

– Что с Ислой?

– Она сильно ушиблась, когда мы мачту сворачивали. – Кайа выглядела откровенно виноватой. – Если бы девочки нас не подхватили, мы бы пропали. Спасибо вам! Громадное!

Чешуйчатые многотонные девочки только что лапкой не шаркнули, показывая, какие они хорошие. Я подумала, что надо бы и им напарниц найти – такие дракоши пропадают!

Но Кайа получила подзатыльник.

– Твоя затея?

– Да… я дура. Я знаю.

– Ислу это очень утешит, – огрызнулась я. – Показывай давай!

У черной драконицы был явный сильный ушиб. И передние лапы плохо работали. Она просто на мачту грудью налетела, хорошо хоть – контролируемо. Вывернула ее из гнезда, но и сама сильно ушиблась.

– Дня четыре мы тут будем, – приговорила я жестко. – А то и пять, пока Исла не оправится. Кайа, ты поступила безответственно! А если бы ее ранили? Если бы в вас в это время попали из стреломета? Если бы кто-то просто мечом рубанул?

Кайа стояла и ревела. Но я останавливаться не собиралась.

– Просто представь – Исла погибнет! Она не железная, она живая и уязвимая, как и ты! Ты сможешь без нее жить? Ты брата хотела выручить? А дочь твои родители бы потеряли, ты же погибнешь вместе с Ислой!